Андрей Луговой: "Заниматься политикой за меня решила Великобритания"

Андрей Луговой, чье имя миллионными тиражами разлетелось по миру год назад после смерти бывшего офицера ФСБ Александра Литвиненко в Лондоне, в минувший понедельник посетил Читу. Андрей Луговой до сих пор является одним из обвиняемых по этому громкому делу. МИД Великобритании настаивает на передаче Лугового в руки английского правосудия. В столицу Забайкалья бывший разведчик прибыл в самый канун выборов, агитируя до этого во Владивостоке, Петропавловске-Камчатском, а после Читы собиравшийся вылететь в Красноярск и Барнаул. Сегодня он - кандидат в депутаты Госдумы от ЛДПР. В Чите Луговой провел две встречи: в Забайкальском государственном гуманитарно-педагогическом университете и филиале Иркутской академии экономики и финансов. Специалист российских спецслужб рассказал забайкальцам о многом. О себе - Я родился 19 сентября 1966 года в городе Баку в семье потомственных военных. Отец, офицер советской армии, полковник, 39 лет прослужил в рядах вооруженных сил, 25 из которых - в Закавказье. Мой старший брат - штурман атомной подводной лодки. Служил на Северном флоте. Сам я в 1983 году окончил школу и поступил в Московское училище Верховного Совета Российской Федерации. В 1987 году - в числе нескольких человек был отобран для прохождения дальнейшей службы в 9-м управлении КГБ СССР. Это управление занималось охраной высших должностных лиц Союза. Меня направили в строевые подразделения Кремлевского (ныне Президентского) полка. Был командиром взвода, затем - командиром учебной роты. После развала СССР 9-е управление КГБ было переименовано в Главное управление охраны, а затем и в федеральную службу охраны, где я и служил до 1997 года , обеспечивая личную безопасность руководства российского государства. В 1997 я уволился. Работал руководителем департамента безопасности общественного российского телевидения. Параллельно начал заниматься частным предпринимательством: в 2001 году создал группу компаний "Девятый вал". В 2007 году волей обстоятельств был приглашен Владимиром Жириновским для участия в избирательной компании. Женат, имею четверых детей: три дочки и сын. У англичан не хватило ума… - Я хочу обратить внимание, что в России против меня нет никаких уголовных дел. Я считаю то уголовное дело, которое имеется в Великобритании, результатом глубоко продуманной и проведенной в жизнь операции спецслужб. Я и члены моей семьи по сути дела были подвержены радиационной атаке на территории Великобритании. А так как у англичан не хватило ни ума, ни сил, ни средств правильным образом провести расследование, им ничего не оставалось делать, как обвинить во всем российского гражданина. Так, руководство нашей страны обвинили в политических убийствах, чего на самом деле не было. Что касается уголовных дел, в которых в той или иной степени я фигурирую. Я являюсь свидетелем по двум достаточно серьезным уголовным делам, одно из которых возбуждено Российской Генеральной прокуратурой по факту покушения на убийство моего друга и партнера Дмитрия Ковтуна на территории Британии. Второе уголовное дело возбуждено по моему заявлению следственным управлением Федеральной службы безопасности по факту шпионажа и проведения разведывательно-подрывной деятельности английских разведслужб на территории России. Место Ходорковского - в Чите - С человеческой точки зрения, моя позиция такая - главное не жесткость наказания, а его неотвратимость. Другое дело - я в силу своей служебной деятельности, в начале 90-х у меня на глазах происходило формирование так называемой олигархической группы людей. В дальнейшем я работал топ-менеджером на ОРТ, которое в той или иной степени находилось под контролем Березовского. Поэтому убежден однозначно - место олигархов на сегодняшний день либо в Лондоне, либо в Чите. Вы уж меня извините. Есть суд. Если есть уголовное дело, оно должно расследоваться. Что касается конкретно господина Ходорковского и людей, подобных ему, я думаю, они заслуживают того, чтобы правоохранительная система весьма адекватно и жестко пыталась разобраться во всех тех операциях и аферах, которые были присущи середине 90-х годов для того, чтобы в будущем мы не проходили этот путь повторно.