Тепло ли тебе, бабушка?
Квартира вдовы ветерана ВОВ превратилась в баню
Синяя старая тетрадь, мелким почерком – в каждой клетке, день за днём, месяц за месяцем. «Позвонила о том, что в квартире очень жарко…», «Обещали прислать слесаря», «Звонила – пообещали, что решат…», «Слесарь не пришёл».
Пенсионерка Лидия Ткаченко вот уже несколько лет записывает в эту тетрадку подробности разговоров с коммунальными службами, которые приходится вести то по замене гусака, то по протекающей трубе. Но главная тема этого коммунального дневника – жара.
Приедем, потерпите
Когда-то Лидия Васильевна курировала строительство теплотрассы Чита-ГРЭС. В те годы трудно было догадаться, что на старости лет, потеряв мужа – участника Великой Отечественной войны, ей придётся бороться не со сложностями проектирования и возведения объектов, а с тем, как пробиться сквозь стену чиновничьих отмашек.
Сказать, что в её квартире жарко – это не сказать ничего. Чтобы понизить температуру, поднимаемую раскалёнными батареями, в квартире круглосуточно открыты форточки и входная дверь.
- Квартира однокомнатная, поэтому у меня постоянный сквозняк. Спать приходится, несмотря на жару, хорошо одетой, чтобы не продуло, - рассказывает пенсионерка.
Батареи, к которым, по словам Лидии Ткаченко, невозможно прикоснуться, она постаралась закрыть:
- Привязала пенопласт, между рёбрами батареи вставила паралон, укутала тряпками, закрыла листом фанеры, металлом, а сверху – плотной дорожкой. И всё равно дышать невозможно…
Около года назад женщина первый раз позвонила на свой участок и попросила установить в квартире регуляторы температуры.
Женщина, которая разговаривала со мной, пообещала отрегулировать, - говорит пенсионерка.
Однако и через несколько дней ничего не изменилось: пришлось звонить, напоминать о своей заявке. Пообещали прислать слесаря и передать заявку в ТГК-14. Слесарь так и не пришёл. История затянулась до мая.
Ветряные мельницы
В мае пришёл слесарь Вячеслав, который посмотрел на отопление и сказал, что, чтобы установить регуляторы температуры, необходимо купить два вентиля и ещё две детали. Размеры указал. После того как покупка будет произведена, Вячеслав попросил вновь вызвать слесаря, который должен был сказать, какие нужно покупать сгоны.
Лидия Васильевна купила все необходимые детали и начала звонить:
«С начальником переговорить невозможно: или постоянная занятость, или номер телефона не отвечает. Один раз ответил человек, который не наделён правами начальника и разговаривать не стал – положил трубку».
«Дозвонилась до начальника. Он сказал, что слесари придут и установят вентили, но ни 5 числа, ни в течение недели они не пришли… »
«Звонила. Сказали, что установку будут делать 20-го…»
«Сварщики пришли в начале пятого часа вечера. Сказав мне, что спустятся в подвал, ушли и не вернулись».
«Позвонила начальнику. Трубку взяла женщина, сказала, что ей надо куда-то звонить и попросила перезвонить через полчаса. Звонила через полчаса, через час – никто не брал трубку».
В результате Лидия Ткаченко - таки услышала начальника, который сказал, что произошла ошибка: якобы слесарь, который делал осмотр, ошибочно понял, что в вентиле течь, и его просто нужно заменить, а не установить. Выяснилось через год ожидания и звонков.
Ещё через несколько дней уже мастер участка заявил пенсионерке: так как вентили в её доме по ул. Столярова, 44 не были предусмотрены, то устанавливать их жильцы должны через коммерческие компании, получив разрешение Читинской ТЭЦ. Женщина узнала – на них нужно будет потратить около 7 тысяч рублей. Куда девать уже купленные детали, не знает никто.
Так и осталась бабушка без регулятора температуры, с горячими батареями и купленными запчастями на руках. Впрочем, помимо этого, за годовую историю в её арсенале накопились долгие дни ожидания слесарей, более 40 телефонных обращений, «разминка» во время перетаскивания тяжеленных рижского шкафа и холодильника от батареи – пока ждала сварщиков, и обратно – когда не дождалась.
И ещё… 20 сентября у Лидии Ткаченко случился сердечный приступ. Звонки в ЖКХ прекратились, записи в синей тетрадке оборвались.
- Я выкарабкалась, - в конце разговора глаза у пенсионерки начинают блестеть. – Если бы был жив мой муж, начальник штаба одного из районов, он бы знал, что делать. Я – не знаю, - одиночество маленькой женщины, еле поднявшейся с больничной койки, оказалось бессильно перед огромной машиной отписок, пустых звонков и обещаний.