ГОСАРХИВ: Виктория означает – Победа!
В апреле этого года исполнилось 55 лет со дня выхода на экраны искрометной комедии Леонида Гайдая «Бриллиантовая рука». Фильм давно разошелся на цитаты. А 13 февраля 2024 года умерла Виктория Григорьевна Островская, звезда фееричного эпизода этой картины.
Вы можете увидеть и забыть фильмы какие угодно, но хоть раз посмотрев этот фильм Гайдая, эпизод с героиней Виктории не забудете никогда. «Цигель, цигель, ай лю лю» – тут нам перевода не требуется. Крылатая фраза, которую придумала Виктория, как секретный советский пароль вызывает озорную улыбку, лукавые искры в глазах и очень добрые чувства.
Друг детства и юности Виктории – Алексей Иович Шегера, Главный архитектор Читинской области с 1962 по 1997 год, замечательный архитектор и Человек, поделился своими воспоминаниями о драгоценных днях настоящей дружбы на Киевской Бессарабке.
История эта началась в 1947 году, когда Алёша учился в четвёртом классе. Жили в одном дворе в самом центре Киева, в чудом сохранившемся после военных бомбёжек жилом доме на улице Красноармейской, сейчас это улица Большая Васильковская, 10. После войны этот дом с уютным внутренним двориком стоял одиноко среди развалившихся справа и слева домов. В доме жили 36 семей, из обеспеченных была только одна семья – Давида Вольского, отчима Виктории.
Киев, Большая Васильковская, 10. Виктория в окне. Здесь и далее фото из личного архива А.И. Шегеры. Публикуются впервые
В одном дворе знакомство между юными ровесниками случается быстро, и Алёша подружился с очень симпатичной девчонкой. Интересная была дружба – с перепиской, с придумыванием разных увлекательных историй. А записки писали не какие-нибудь, а на международные темы. Ребятами даже был придуман специальный шифр, чтобы воображаемые враги не узнали, о чём эта тайная переписка. Ведь только-только закончилась война и в играх, и в фантазиях детей были её отголоски.
Фамилия тогда у Виктории была (очевидно, придуманная) – Нюрнберг. Родной папа Виктории – директор цирка, был репрессирован, но об этом Виктория узнала, уже будучи совсем взрослой. Всё детство и юность её мучил вопрос: Кто мой отец? А от неё скрывали имя отца, это было страшной тайной и запрещённой опасной темой. Она жила вместе со своей мамой в семье театрального деятеля Вольского. Виктория не хотела признавать отчима. Она знала, что он не родной отец, дерзила и не слушалась. В детском сердце была горькая обида за родного и неизвестного ей отца. Ну как же так – даже говорить о нём было запрещено! Обида эта, вероятно, повлияла на характер, который с детства у Виктории был непростым.
Виктории 13 лет, 1952 год
Давид Вольский был начальником всех театральных касс города Киева (а не директор цирка, как пишут во многих источниках). Семья Вики была артистическая. Мама была балериной, пока позволяли возраст и комплекция. Отчим в прошлом был драматическим артистом. В гостях у них бывали такие знаменитые люди, как Утесов и Раневская.
Маленького Алешу в доме Виктории приняли очень хорошо. Викуша, как уже сказано, с детства имела бурный характер. С ней трудно было справиться. Мама её очень любила, и всё ей позволяла. А Виктория … как говорила она про себя – сама не знала, что отколет в ближайшие пять минут. Могла, от расстройства, хлопнуть дорогим антикварным венским стулом об пол, да так, что от стула ножки отлетали. Но у Алеши сызмальства как-то получалось её утихомирить, он ухитрялся успокоить шальную Викторию и она его слушалась.
Виктория начала учиться в балетной школе. Буйный нрав покоя не давал, она лихо каталась по перилам лестницы, но как-то неудачно упала с перил второго этажа, получила травму. С балетом было покончено навсегда. И Виктория перешла в обычную женскую школу.
Да, тогда были мужские и женские школы. Наверное, поэтому были сложности во взаимоотношениях между мальчиками и девочками. В классе Алеши оказалось так, что он единственный дружил с девочкой. Бывало, скрипела дверь и в Алёшин класс мужской школы заглядывала хорошенькая девичья головка, украшенная двумя большими бантами. Тогда надо было иметь смелость, чтобы девчонке прийти в мужскую школу, ситуация была скандальной и недопустимой. Это был поступок.
Виктория и Алексей
Алексею пацаны шикали: «Викуха пришла, выходи!». И ребята смывались с занятий, шли на Днепр. С собой всегда был, сделанный мамой Виктории из французской булочки, вкусный бутерброд, намазанный толстым слоем масла, так что ребята были заряжены хорошо.
В эти годы, поскольку отчим Виктории был связан со всеми киевскими театрами, культурная программа ребятам была обеспечена. В театры попадали по запискам Давида Вольского и сидели всегда в левой директорской ложе. А бойкой Виктории непременно хотелось что-нибудь этакое накуролесить и отколоть. Невинной шалостью было кидание конфетных обёрток в оркестровую яму. Казалось очень забавным дерзко пошутить, выставив из директорской ложи босые ноги. Хулиганила Викуха, как могла. А без этого скучно было.
Во дворе был ещё такой интересный фактор – Викина Бабушка. Когда Бабушка приходила во двор – двор целиком заполнялся Бабушкой. Она, видя такую дружбу, когда ребята всё свободное время проводили вместе, начинала задавать каверзные вопросы громко, на весь двор: «Вика, а тебе не хочется кисленького? Тебя, когда ты кушаешь, не тошнит?». Вика смеялась, а дворовые ребята тогда ничего не понимали – Бабушка, вы о чём? Потом, много лет спустя, Клара Новикова воплотила образ Викиной Бабушки в своём колоритном персонаже – тёте Соне. А Бабушка задавала, задавала эти вопросы и, признав просто дружбу (и ничего более!) между подростками во дворе, сказала такое свое определение-вердикт ситуации: «Да они же все там – пацаны!».
Летом всегда ходили на Днепр. Иногда с мамой Вики. Картинка был интересная – впереди шла Викина мама, женщина представительной наружности и выдающихся форм. Немного позади шла красивая вертлявая девчонка – Виктория, а рядом, сверкая белками глаз, загорелый до черноты Алексей, который тащил две огромные сумки с вещами и пропитанием. Мама Вики кормила ребят хорошо и от души. Шли по Крещатику, от дома до берега Днепра было совсем недалеко.
Моста через Днепр тогда не было. За небольшую плату катера перевозили на Труханов остров, где были великолепные песчаные пляжи. Загорали, купались в тёплом Днепре. Виктория сама плавать не умела, безоговорочно доверяя Алексею, держалась за его плечи, так и плыли. Счастливое время детства…
Шли, как водится, годы. Алексей окончил школу и поступил в Киевский инженерно-строительный институт на архитектурный факультет. А Виктория, поскольку была на два года младше, ещё училась в школе. Детство закончилось, и интересы в жизни сильно изменились. Учиться на архитектурном очень непросто – нагрузка огромная, свободного времени у Алексея почти не было. Ребята стали намного реже встречаться. Замечательной детской и юношеской дружбе не суждено было перерасти в нечто большее. «Чего ты меня тогда бросил?» – спрашивала всегда Виктория. А никто никого не бросал. Просто, как это бывает нередко, разошлись пути-дороги.
Виктория (справа) с однокурсницей у Театрального института
Окончив школу, Виктория поступила в Киевский театральный институт. Связи в театральной среде были, но был и несомненный талант. При поступлении, Виктории был задан такой вопрос: Могли бы изобразить сценку, будто сейчас выбежала мышка? Не успели договорить, как Виктория с визгом и ужасом в глазах уже стояла на столе экзаменационной комиссии. Артистизм и умение моментально перевоплотиться сработали блестяще.
Уже потом, во взрослой жизни были редкие встречи. Как-то, будучи в Москве, Алексей Иович зашел по своим архитектурным делам в отдел искусств Ленинской библиотеки и – встретились случайно, Виктория там работала. Жила она трудно, на руках был маленький сын и больная мама. Но никогда, никогда ни слова не говорила о трудностях. Артисткой Виктория работать не могла, именно в силу жизненных сложностей и неустройств. Содержать родных на зарплату театральной актрисы было невозможно.
Виктория, начало 60-х
Кстати, за тот знаменитый яркий эпизод в «Бриллиантовой руке» она получила аж целых 26 рублей (для сравнения – зарплата рядового инженера была тогда около 120 рублей в месяц). Эпизодическая роль, ставшая эдаким перцем и фишкой фильма, даже не была предусмотрена в смете. А в дальнейшем, к сожалению, актёрский дар Виктории оказался не востребован. Но яркая харизма была с ней всегда и очень помогала в долгой и весьма непростой жизни.
Виктория навсегда так и осталась «пацаном». Эта пацанская дерзость позволила ей (уже в очень зрелом возрасте) начать новое в жизни дело и стать известным тренером-инструктором по лечебной гимнастике, успешно помогать людям. Умная, красивая, смелая, бескомпромиссная Виктория… Она умела побеждать трудности жизни.
Виктория в своей московской квартире
Счастливые детство и юность, настоящая искренняя дружба заложили фундамент огромного внутреннего оптимизма, который, не взирая ни на что, не давал опускать Виктории гордо поднятую голову. Вот и попробуйте быть такими стойкими всю вашу, очень вам желаю – хорошую долгую жизнь. Пусть у вас тоже получится!