Часть 9. Финал. Уголовные дела: от мусора до газа — одна схема

С конца 2018 года в Забайкальском крае регулярно появляются новости о возбуждении уголовных дел. Фигурантами становились чиновники разного уровня, руководители крупных компаний, представители государственных структур. Одним из самых громких стало расследование вокруг регионального оператора по обращению с отходами «Олерон+». Бывший руководитель компании был задержан по обвинению в мошенничестве при использовании бюджетных субсидий. Но «Олерон+» — лишь вершина айсберга. Под водой — десятки уголовных дел, миллиардные хищения и почти полное отсутствие ответственности тех, кто эти схемы утверждал.

Компания «Олерон+» стала региональным оператором по обращению с твёрдыми коммунальными отходами в Забайкальском крае в 2019 году. С самого начала её работа сопровождалась скандалами: горы мусора, срывы вывоза, постоянные жалобы жителей. Но, как выяснило следствие, за организационными неурядицами скрывалось нечто большее.

По версии правоохранительных органов, руководство компании похитило бюджетные субсидии, выделенные на развитие инфраструктуры по обращению с отходами. Сумма ущерба оценивалась в десятки миллионов рублей. Бывший глава «Олерон+» Кирилл Лунёв был задержан, ему предъявили обвинение в мошенничестве в особо крупном размере.

Это дело стало первым звоночком, показавшим, что даже социально значимые сферы, такие как вывоз мусора, не защищены от желания лёгкой наживы. Но оно оказалось далеко не единственным.

Самым масштабным по сумме ущерба стало дело о хищениях при строительстве концессионных школ. Как уже подробно рассказывалось в предыдущих частях, схема была отлажена до автоматизма: под каждый объект создавалась отдельная проектная компания, получавшая многомиллиардные авансы из бюджета. Деньги выводились через подконтрольные структуры, обналичивались и оседали в карманах бенефициаров.

Станислав Неверов, главный концессионер эпохи Осипова, получил 6,5 лет колонии. Его подельник Александр Семикин — 15 лет строгого режима. Суд арестовал имущество на 73,6 миллиона рублей. Но это лишь малая часть того, что было похищено. Общая сумма ущерба по разным эпизодам превышает 2 миллиарда рублей.

История с газификацией Читы стала ещё одним примером того, как федеральные миллиарды растворялись в воздухе. Концессионер ООО «АврораГаз», связанное с теми же структурами Неверова, получило из бюджета около 6 миллиардов рублей. Ключевой объект — система приёма, хранения и распределения газа в районе Кенона — должен был заработать ещё в 2022 году. В июле 2025 года его готовность составляла 0%.

По этому факту также возбуждены уголовные дела. Следствие пытается установить, куда именно ушли миллиарды и кто из чиновников подписывал документы, разрешавшие авансирование без реальных гарантий.

Не обошли стороной уголовные дела и саму систему исполнения судебных решений. В июле 2022 года в отношении начальника отдела — старшего судебного пристава Межрайонного отдела по исполнению особых исполнительных производств УФССП по Забайкальскому краю было возбуждено уголовное дело по статье «Служебный подлог».

По версии следствия, пристав внесла в официальные документы заведомо ложные сведения о направлении запросов в регистрирующие органы и кредитные организации. Это позволило ей имитировать активную работу по взысканию долгов, хотя фактически никаких действий не предпринималось. Для региона, где на одного пристава приходится по 6 тысяч производств, такие истории становятся особенно болезненными.

Строительство Российского центра стрельбы из лука в Чите пока не стало уголовным делом, но все признаки того, что оно может им стать, налицо. Государственная экспертиза выявила недостатки, сроки сорваны, а губернатор лично продлевал экспертизу в ручном режиме.

Контрольно-счётная палата планирует проверить проект только в 4 квартале 2026 года. То есть тогда, когда основные решения уже будут приняты, а деньги, скорее всего, потрачены. Это классическая логика «проверки после стройки», которая позволяет списать любые нарушения на «сложности проекта».

Отдельная боль Забайкалья — исполнительные производства, которые длятся годами. По данным УФССП, в регионе около 970 тысяч исполнительных производств. Почти 50 тысяч из них длятся более пяти лет. За этими цифрами — люди, которые выиграли суды, но так и не получили свои деньги.

При этом, как показывает практика, если приставы бездействуют и из-за этого взыскатель теряет возможность получить долг, компенсацию можно требовать с государства. Но об этом мало кто знает, а судиться с казной решаются единицы.

Что объединяет все эти уголовные дела? Не жадность конкретных людей и не злой умысел. Их объединяет системная проблема — отсутствие реального контроля за расходованием бюджетных средств, возможность получать миллиардные авансы без обеспечения и почти полная безнаказанность чиновников, утверждающих такие схемы.

Неверов получил срок. Семикин — тоже. Лунёв — под следствием. Но кто понёс ответственность из тех, кто подписывал концессионные соглашения с фирмами-пустышками? Кто утверждал финансовые модели, позволявшие выводить средства? Кто из министров и вице-премьеров краевого правительства ответил за миллиардные убытки бюджета?

Ответ — никто. Чиновники, допустившие эти хищения, по-прежнему на своих местах. А значит, схема может быть воспроизведена снова. С другими названиями, другими бенефициарами, но по тому же сценарию.

Эпоха Осипова длится уже почти восемь лет. За это время регион пережил смену команды, переход в ДФО, миллиардные инвестиции и громкие провалы. Но главный итог этой эпохи даже не в уголовных делах.

Главный итог — в утраченном доверии. Люди перестали верить, что концессии работают в их интересах. Перестали верить, что бюджетные деньги тратятся эффективно. Перестали верить, что власть способна контролировать саму себя.

Уголовные дела — это не финал. Это диагноз. Диагноз системы, в которой стало возможно то, что стало возможным. И пока этот диагноз не поставлен официально, пока не сделаны оргвыводы, пока не изменены правила игры, новые уголовные дела будут появляться снова и снова.

Потому что схема осталась. А значит, найдутся и новые желающие ею воспользоваться.

Конец.