Снизу — мёрзлый ил. Сверху — промёрзший грунт. Между ними — бюджет.
Стадион у детей не появился ни при Неверове, ни при «Алюкоме». И это уже не случайность, а система.
нельзя списать на второстепенную хозяйственную деталь должен был сдать школу со стадионом ещё в 2022 году. Затем объяснял остановку строительства стадиона обнаружением в почве . Стадион не был построен. Концессионная история получила судебное и уголовное продолжение. Теперь на этом же месте появился . Уже по отдельному контракту за . Срок сдачи по контракту — декабрь 2025 года. Декабрь прошёл. Сроки перенесены на весну 2026 года. Представитель подрядчика снова говорит о грунте — теперь уже не о «мёрзлом иле», а о . Итог для школьников не меняется: . В этом смысле Каштакский стадион стал не спортивной площадкой, а лакмусовой бумажкой всей забайкальской модели.
ООО «Алюком»«Алюком» из этой истории выбросилиантимонопольный орган установил сговор«Алюком» действительно был незаконно отстранён от участия.«Алюком» вернулся на крупные государственные объекты уже почти без конкурентного сопротивленияОн важен как первая крупная авария забайкальской концессионной модели. Поэтому вопрос не в том, является ли Максим Тютюнник «вторым Неверовым» в уголовно-правовом смысле. Такой вывод может сделать только суд. Вопрос в другом: «Алюком» оказался рядом сразу с несколькими крупными государственными объектамиВ сумме — почти два миллиарда рублей.единственным участникомЕсли конкуренции нет, бюджет не торгуется.ООО «Олимп-Спорт»Уставный капитал — 10 тысяч рублей.1,6–1,8 миллиарда рублейЦена сделки публично не раскрыта.«Алюком» уже как подрядчикЭто не утверждение о преступлении. Это последовательность событий, которую необходимо проверять документами.
почти два миллиарда рублей государственных контрактов.Это карта доступа к забайкальским государственным объектам. требует публичных ответов по стадиону в Каштаке: почему объект не был построен в составе первоначальной школьной истории, почему возник отдельный контракт на 131,9 млн рублей, почему «Алюком» оказался единственным участником, кто согласовал перенос срока сдачи на весну 2026 года, начислялись ли штрафы, почему вопрос грунтов снова стал причиной переноса.
реальным центром принятия решенийкакова цена сделкиПроблема не только в Тютюннике. Проблема в том, что в Забайкалье сама система государственных строек слишком часто устроена так, что нормальная конкуренция исчезает, ответственность размазывается, а бюджет и жители остаются крайними.Только обстоятельства почему-то всегда одни и те же: нет конкуренции, нет прозрачности, нет персональной ответственности, нет готового объекта в обещанный срок. Зато всегда есть бюджет.
Снизу — мёрзлый ил. Сверху — промёрзший грунт. Между ними — бюджет.Редакция подчёркивает: вина конкретных лиц устанавливается только вступившим в законную силу приговором суда. Все изложенные обстоятельства требуют проверки компетентными органами. Сравнение Неверова и Тютюнника в данном материале относится не к уголовно-правовому тождеству, а к повторяемости управленческой модели и общественного результата.