Месторождения-пустышки и китайский интерес: политолог Юшков оценил дальневосточные планы Осипова

Губернатор Забайкальского края Александр Осипов предлагает китайским инвесторам то, от чего отказались российские компании. По мнению ведущего аналитика Фонда национальной энергетической безопасности (ФНЭБ), эксперта Финансового университета при Правительстве РФ Игоря Юшкова, в этом и кроется главная проблема предложений региона.

«У нас редко пускают зарубежных инвесторов в сколько-нибудь крупные месторождения. Можно буквально на пальцах перечислить, когда контрольный пакет был бы у иностранцев», — отмечает Юшков.

По его словам, наиболее вероятный сценарий — создание совместного предприятия, где у китайских инвесторов была бы крупная доля, но не контрольный пакет. Однако это подразумевает финансирование по долям: 50 или 51% затрат должна будет сделать российская сторона. И тут, по мнению эксперта, возникает ключевой вопрос: а есть ли с нашей стороны желающие в этом поучаствовать?

Аналитик обращает внимание на то, что регион готов отдать под разработку небольшие месторождения, которые не привлекли никого из российских игроков: «Объекты находятся на балансе субъекта, а значит, они явно непривлекательные, затратные, рискованные. Поэтому надо каждый конкретный кейс рассматривать отдельно».

Мини-НПЗ: технология под вопросом

На встрече с председателем совета директоров китайской компании «Цюешань Баоюань цементные изделия» господином Пань Дэсянем обсуждались планы по строительству в регионе мини-НПЗ. Китайские инвесторы заинтересованы в реализации проектов, но хотят получить гарантии вложений.

Юшков, комментируя перспективы создания таких производств, высказал скептическое отношение к их технологической эффективности:

«Когда мы говорим про мини-НПЗ, то добиться от них производства стабильного качества, типа евро-3, а тем более евро-5, крайне сложно. Такие НПЗ, как правило, подразумевают установки первичной переработки нефти».

По мнению эксперта, в данном случае речь может идти не о насыщении внутреннего рынка, а о другой схеме:

«С нас первичная переработка, а полученные нефтепродукты экспортируются в КНР и были бы сырьём, например, для их крупной нефтепереработки. По сути, создавалась бы небольшая вертикально-интегрированная компания со своей ресурсной базой и своей переработкой — и так можно было бы сделать её экономически более привлекательной».

Месторождения, которые никто не брал

С начала 2025 года Забайкалье активно ищет инвесторов для своих недр. Китайская Changsha Lanhu Chemical Co. Ltd намерена вложить 2,5 млрд рублей в освоение месторождения Жипшоха. Запасы сурьмы — 146 тыс. тонн руды категории С1. Роснедра пытались провести аукцион по этому месторождению в 2021 году — он не состоялся из-за отсутствия участников. В 2022 году объявили новый аукцион — отменили.

Китайская «Хуатай» объявила о планах инвестировать 113 миллиардов рублей в Березовское месторождение железной руды. Обещают увеличить добычу с 200–300 тысяч тонн до 10 миллионов к 2027 году. Но проект с 2019 года развивает ГРК «Хуатай» — российских инвесторов там не было.

Забайкальский угольный участок отдали фирме из Хабаровска с китайским учредителем. Карийское месторождение продали крупному инвестору с китайским владельцем. Золотодобывающий ГОК на Тасеевском месторождении за 71 млрд рублей — единственный крупный проект с российским инвестором («Мангазея Майнинг»). Но и там изначально рассматривалось участие китайских и корейских инвесторов.

Дефицит топлива и мёртвый груз

Юшков отмечает, что на Дальнем Востоке постепенно нарастает дефицит топлива — потребление растёт, а новых крупных предприятий не появляется. Мини-НПЗ могли бы помочь в решении этой проблемы:

«Если бы было предприятие, пусть и небольшое, но работающее на внутренний рынок, и не одно, то, конечно, это сыграло бы отлично на насыщение топливом такого крупного макрорегиона».

Однако, по его словам, технологическая сложность производства качественного топлива на мини-НПЗ ставит под сомнение их эффективность именно для внутреннего рынка.

Аналитик подчёркивает, что региону такие проекты объективно необходимы:

«У него эти месторождения лежат мёртвым грузом».

Что дальше?

Юшков резюмирует: если китайские инвесторы заинтересуются — это будет хорошим результатом для обеих сторон:

«Они получают предприятие, которое начнёт генерировать на них прибыль. Мы получим моторное топливо, и, вероятно, российский акционер также будет получать прибыль. И, в общем-то, все будут довольны, но реализовать это непросто».

Власти создали международную территорию опережающего развития (МТОР) с льготным налогообложением и пониженными страховыми взносами. Однако остаётся открытым вопрос: готовы ли китайцы вкладываться в объекты, которые не привлекли российских инвесторов, и есть ли у региона ресурсы для софинансирования?

Ответ на этот вопрос, по мнению эксперта, зависит от конкретных условий каждого отдельного кейса.