Как один дом в Ясногорске стал памятником забайкальскому долгострою

Дом на 30 квартир для детей-сирот в посёлке Ясногорск должен был встретить своих будущих жильцов ещё в конце 2023 года. Сейчас, спустя почти три года после первоначального срока сдачи, объект готов на 80% — и это преподносится как повод для официального визита первого зампреда правительства края. Но за скупой формулировкой «техническая готовность превысила 80%» стоит история, в которой уместились коррупционный скандал с уголовным делом, расторгнутый контракт, суды, два зимних сезона без отопления и уже второй подрядчик, который, к слову, тоже успел сорвать назначенный срок.

Дети-сироты ждут квартиры дольше, чем длится школьный курс

Начать стоит с самого простого факта, который часто теряется за бюрократическими формулировками: дом строится для детей-сирот — людей, чьё право на жильё государство обязано обеспечить в приоритетном порядке именно потому, что рассчитывать им больше не на кого. Контракт на строительство этого дома был заключён без конкурентных торгов, по прямому распоряжению губернатора Забайкальского края — формально это делалось ради ускорения процесса. На практике же скорость обернулась ровно противоположным результатом.

Первоначальный срок ввода объекта в эксплуатацию — конец 2023 года. К этому моменту дом не то что не был готов — контракт с первым подрядчиком, компанией «Полимерстрой», был расторгнут из-за неисполнения условий госконтракта. То есть уже на первом рубеже сроков система, выстроенная специально «в упрощённом режиме», без торгов, чтобы не терять время, этот выигрыш во времени полностью потеряла.

Взятка, которая запустила всю цепочку

История дома неотделима от уголовного дела, которое вскрылось в декабре 2022 года. Тогда выяснилось, что власти региона без торгов заключили сразу три контракта на строительные объекты в Забайкалье — и контракт на дом для сирот в Ясногорске оказался среди них.

Бывший руководитель Службы единого заказчика Виктор Гусляков получил взятку в размере 4,1 миллиона рублей. Механизм был прост и цинично прозрачен: знакомый Гуслякова, Руслан Кораев, попросил помочь ему поучаствовать в конкурсах на строительство объектов — у него была своя компания «Геометр», но не было опыта, чтобы честно выиграть подобный контракт. Гусляков согласился — но на условиях, что за помощь Кораеву придётся отдать 5% от суммы контракта.

Дальше история приобретает ещё более запутанный оборот: реально контракт достался не «Геометру» Кораева, а другой компании — «Полимерстрою», которую сам же Кораев и подыскал. Контракт был заключён с ней как с единственным поставщиком — то есть без всякой конкуренции, ровно по той самой упрощённой процедуре, которая должна была ускорить стройку.

Получается показательная схема: чиновник получает деньги за то, чтобы обойти конкурентные процедуры, посредник находит «удобную» компанию, а в итоге государственный контракт достаётся структуре, которая — как показала практика следующих лет — оказалась просто не способна довести стройку до конца.

Подрядчик номер один: два холодных сезона и суды вместо квартир

После расторжения контракта с «Полимерстроем» история не закончилась — она перешла в судебную плоскость. Отстранённый от работ в одностороннем порядке подрядчик обратился в арбитражный суд с иском к Службе единого заказчика, оспаривая правомерность расторжения. Судебные тяжбы тянулись не один месяц.

Пока стороны судились, недостроенный дом фактически остался бесхозным в самом буквальном, физическом смысле: два отопительных сезона подряд подрядчик, по имеющимся данным, отапливал здание за свой счёт — просто чтобы конструкции не промерзали и не разрушались окончательно. Само это обстоятельство говорит о масштабе проблемы красноречивее любых официальных пресс-релизов: недостроенное здание без отопления зимой в Забайкалье — это верный путь к разрушению коммуникаций, отделки и несущих конструкций, что окончательный ремонт делает ещё дороже и дольше.

Точку в финансовой части этой истории суд поставил лишь в ноябре: Арбитражный суд Забайкалья отказал «Полимерстрою» во взыскании 22,3 миллиона рублей — суммы, в которую подрядчик оценил удорожание государственного контракта. В материалах дела прямо фигурировала констатация: здание фактически не достроено и не введено в эксплуатацию — то есть спустя почти два года после изначального планового срока сдачи, намеченного на конец 2023-го.

Чиновники «берут под личный контроль», а сроки продолжают срываться

Показательна и хронология публичных обещаний по этому объекту — она сама по себе стала своеобразной летописью несбывшихся сроков. В сентябре 2024 года тогдашний первый замминистра строительства региона Максим Петунин лично взял стройку под контроль и заявил, что объект будет введён в эксплуатацию, а граждане — то есть выпускники детских домов, которым эти квартиры уже давно причитаются, — наконец получат свои долгожданные квартиры.

Спустя всего пять месяцев, в феврале 2025 года, региональный Минстрой сообщал уже несколько иную версию: в доме якобы осталось устранить лишь незначительные нарушения, и сдать его планируется в ближайшее время. Подрядчик тогда же отчитывался, что последствия промерзания дома — прямое следствие двух зим без отопления — почти устранены.

Прошло ещё почти полтора года. И вот 31 июля 2026-го — новый виток той же истории, только с новыми действующими лицами: первый заместитель председателя правительства края Буянто Батомункуев лично осматривает квартиры и подвал дома, а официальный пресс-релиз вновь оперирует обнадёживающими цифрами — техническая готовность превысила 80%, квартиры подключены к централизованным сетям тепло-, водо- и электроснабжения, выполнена чистовая отделка, установлены сантехника и двери. Формально дом обещают сдать осенью 2026 года.

Подрядчик номер два тоже уже сорвал срок

Есть деталь, которая заметно снижает градус оптимизма в свежих официальных заявлениях. Новый контракт на достройку объекта — на сумму 13,3 миллиона рублей — в мае 2026 года выиграла строительная компания «Забайкалье». Условия контракта прямо предписывали завершить строительство не позднее 28 июля 2026 года.

Этот срок уже прошёл и объект по-прежнему не сдан. Визит вице-премьера состоялся 31 июля, спустя три дня после истечения контрактного срока, и по сути констатирует уже второй по счёту сорванный дедлайн на этом объекте, только теперь с другим подрядчиком. Формулировки о том, что «рабочим осталось кое-что заштукатурить и покрасить, а также благоустроить двор», звучат обнадёживающе, но похожие формулировки — «остались незначительные нарушения», «в ближайшее время сдадут» — властьимущие уже произносили по этому же дому в феврале 2025 года. С тех пор прошло почти полтора года.

Что известно о новом подрядчике: компания «Забайкалье» зарегистрирована в Чите в 2023 году, её учредитель — Юлия Выскубова, директор — Михаил Выскубов. По итогам 2025 года выручка компании составила 39,9 миллиона рублей, а прибыль — всего 145 тысяч рублей, то есть рентабельность близка к нулю. В 2026 году эта же компания получала и другие региональные контракты — на ремонт туалетов и хирургического корпуса Улётовской ЦРБ.

Что в итоге

Если сложить всю хронологию воедино, получается следующая картина. Контракт без торгов, заключённый по прямому распоряжению губернатора «для ускорения», обернулся взяткой чиновнику, срывом сроков более чем на два года, расторжением договора с первым подрядчиком, судебными тяжбами, двумя зимними сезонами без отопления, разрушающими конструкции здания, повторным контрактом с новым подрядчиком — и новым, уже вторым по счёту сорванным сроком.

При этом дом всё ещё не сдан, а те, для кого он строится — выпускники детских домов Забайкальского края — продолжают ждать квартиры, положенные им по закону, дольше, чем длится обучение в старшей школе. Очередной оптимистичный визит чиновника с обещанием сдать объект «осенью» стоит воспринимать с поправкой на всю предыдущую историю этого конкретного дома: подобные обещания здесь уже звучали как минимум трижды, и как минимум дважды формально прописанные в документах сроки уже были сорваны.