«Варяг» на посту меньше года: почему уход руководителя Департамента труда Забайкалья вызывает вопросы

Руководитель Департамента труда и занятости Забайкальского края Екатерина Квашенкова покидает свой пост с 1 сентября 2026 года — по собственной инициативе, согласно подписанному распоряжению. На должности она проработала неполные восемь месяцев: назначение состоялось 12 января 2026 года.

Временно исполнять обязанности будет Антон Степанов, начальник отдела государственной экспертизы условий и охраны труда того же ведомства. Формулировка «по собственной инициативе» не раскрывает истинных причин ухода, но сама история этого назначения — от привлечения специалиста из другого региона до её скорой отставки — заставляет присмотреться к работе ведомства внимательнее.

Кто такая Квашенкова и откуда она приехала

Екатерина Валерьевна Квашенкова — уроженка Белгорода, то есть для Забайкалья она была классическим управленческим «варягом», приглашённым из другого, географически удалённого региона страны. Она окончила Белгородский государственный национальный исследовательский университет по специальности «экономист-менеджер», проходила профессиональную переподготовку и повышение квалификации.

В Белгородской области Квашенкова возглавляла отделы кадровых служб крупных региональных и федеральных компаний, занималась подбором персонала, содействием в трудоустройстве и анализом рынка труда — то есть профильный опыт у неё действительно был, просто накопленный в совершенно другом регионе с иной структурой экономики.

С 2021 года она прошла путь от врио заместителя начальника до руководителя Департамента трудовых отношений Министерства социальной защиты населения и труда Белгородской области. Именно с этой позиции её и пригласили возглавить недавно созданный региональный орган власти в Забайкалье — Департамент труда и занятости, сформированный в результате изменения структуры органов исполнительной власти края в 2025 году. То есть Квашенковой досталось не просто новое место работы, а фактически новый, недавно созданный институт, который ей предстояло выстраивать во многом с нуля, да ещё и в незнакомом ей регионе.

Кто уходит и кто временно занимает пост

Спустя неполные восемь месяцев после назначения Квашенкова покидает должность по собственной инициативе. Исполняющим обязанности руководителя ведомства назначен Антон Степанов, ранее возглавлявший отдел государственной экспертизы условий и охраны труда внутри того же департамента, — то есть в отличие от своей предшественницы, назначенной со стороны, врио пришёл изнутри структуры, из смежного профильного подразделения.

Формально успешная статистика: безработица на историческом минимуме

На первый взгляд, отчётность ведомства под руководством Квашенковой выглядела вполне благополучной. По данным, которые ранее приводило правительство Забайкалья, численность безработных граждан, состоящих на регистрационном учёте, составляла 3259 человек — на 1769 меньше, чем годом ранее. Уровень регистрируемой безработицы достиг исторического минимума в 0,6%, а уровень трудоустройства повысился до 53,1%.

Ведомство также отчитывалось об активной работе с социально уязвимыми и особыми категориями граждан. По данным Забайкалкрайстата, в регионе проживает 31 826 инвалидов трудоспособного возраста, из них трудоустроены 22,14% — этому направлению уделялось отдельное внимание.

Не менее заметным был и трек по работе с участниками специальной военной операции: с начала 2026 года служба занятости трудоустроила более 130 таких участников, а всего было проведено свыше 300 специализированных ярмарок вакансий с участием более 600 военнослужащих. Наиболее востребованными среди этой категории профессиями стали водитель автомобиля, машинист экскаватора, машинист бульдозера и сварщик — по этим специальностям работодатели предлагали заработную плату от 100 до 170 тысяч рублей.

Признание самой Квашенковой: пятикратный разрыв между вакансиями и безработными

Но именно на фоне этой формально позитивной статистики особенно показательным выглядит собственное признание Квашенковой, сделанное 9 апреля 2026 года — то есть спустя всего около трёх месяцев после назначения. «Хочу сказать, что есть некий дисбаланс трудовых ресурсов на рынке труда. У нас практически 13 тысяч вакансий сейчас в Забайкалье, при этом 2,5 тысячи безработных.

Обратившихся, конечно, у нас больше, 3,5 тысячи, но это и те, которые для себя выбирают другие направления, не только трудоустройство, но и переобучение в том числе», — заявила тогда руководитель департамента.

Формулировка сама по себе показательна: даже глава профильного ведомства прямо признавала, что низкий уровень зарегистрированной безработицы — не признак сбалансированного и здорового рынка труда, а следствие острейшего структурного дефицита кадров, при котором число открытых вакансий превышает число официально зарегистрированных безработных примерно в пять раз.

Для решения этой проблемы ведомство предлагало гражданам подавать заявления на портале «Работа России» через «Госуслуги», после чего с человеком связывался сотрудник службы занятости, проводил профориентацию и помогал составить индивидуальный план карьеры, включая при необходимости переобучение — очное или онлайн.

Как это соотносится с уже известной картиной дефицита кадров в регионе

Признание Квашенковой о пятикратном разрыве между вакансиями и безработными полностью укладывается в куда более широкую и детальную картину кадрового кризиса, которую независимо фиксируют и другие источники. По данным hh.ru, из 154 профессий, по которым работодатели региона размещали вакансии этим летом, 33 — то есть больше пятой части — официально признаны дефицитными: соотношение резюме к вакансиям опускается ниже критического порога в четыре к одному.

В список наиболее дефицитных вошли зоотехники (0,5 резюме на вакансию), дворники (0,8), повара (1,3) и даже врачи (1,2) — при том что на рабочий персонал приходится 39% всех вакансий региона, ещё 27% — на строительство и 24% — на производство и сервис.

То есть дисбаланс, о котором открыто говорила недавно назначенная руководительница департамента, — это не разовая констатация, а системная, устойчивая характеристика забайкальского рынка труда, с которой ей пришлось столкнуться практически сразу после переезда из Белгорода: экономика региона объективно нуждается в кадрах практически по всем направлениям, а низкая официальная безработица — не показатель успешного трудоустройства всех желающих, а скорее следствие того, что значительная часть населения региона либо уже уехала в поисках работы за пределы края, либо выбирает не формальную регистрацию в качестве безработного, а другие пути.

Что означает столь быстрая отставка на этом фоне

Формулировка «по собственной инициативе» юридически ничего не говорит о реальных причинах ухода. Но сам факт, что приглашённый из другого региона специалист, назначенный на только что созданную должность 12 января 2026 года, покидает пост уже к 1 сентября того же года — то есть менее чем через год, и вскоре после того, как публично, своими же словами описала масштаб структурной проблемы, доставшейся ей в наследство, — закономерно ставит вопрос о том, насколько реалистичной изначально была задача, поставленная перед «варягом» из Белгорода: перестроить работу нового краевого органа власти и одновременно попытаться сократить пятикратный разрыв между вакансиями и безработными в незнакомом ей ранее регионе с принципиально иной структурой экономики.

Что в итоге

Отставка руководителя Департамента труда и занятости Забайкалья происходит на фоне противоречивого и очень короткого — неполных восьми месяцев — периода работы приглашённого из Белгорода специалиста. За это время ведомство успело отчитаться о формально рекордно низкой безработице в 0,6%, но так и не сумело справиться с публично признанным самой Квашенковой структурным дефицитом кадров, при котором вакансий в регионе в пять раз больше, чем официально зарегистрированных безработных.

Эта же проблема независимо подтверждается и статистикой рынка труда в целом — от нехватки врачей и дворников до дефицита специалистов в строительстве и промышленности.

Новому временному руководителю Антону Степанову, в отличие от своей предшественницы выросшему внутри самого департамента, а не приглашённому со стороны, предстоит либо продолжить работу с той же самой, ещё не решённой структурной проблемой, либо предложить принципиально иной подход к кадровому дисбалансу, который прежняя, недолго проработавшая на посту руководительница не успела или не смогла преодолеть за отведённое ей время.