Диагноз: острая врачебная недостаточность

Владимир Тихомиров / Общество, 13:20, 20 июня
Диагноз: острая врачебная недостаточность
Фотография из архива ZAB.RU

Здесь вот что удивляет: положение здравоохранения в Забайкальском крае таково, что впору бить в набат, а наши руководители время от времени говорят о них буднично, радикальных мер не видно, хотя смертность и миграция населения ежегодно делает Забайкалье всё более безлюдным.

 Оптимизаторская трагедия

А всё началось с реформы здравоохранения.  По данным Х11 Всероссийского конгресса пациентов (оказывается, есть такой!), в 2021 году доля тех, кто отметил ухудшение ситуации в здравоохранении, оказалась в 9 раз выше тех, кто оценил перемены положительно. Вот и на днях внештатный анестезиолог регионального Минздрава Константин Шаповалов сообщил, что при остром недостатке врачей в Забайкальском крае их число ежегодно продолжает сокращаться на 5%.  Ничего нового, но очень тревожно. Не так давно начальник отдела кадровой политики Минздрава Елена Лазарева тоже говорила о том, что тенденция оттока специалистов из сферы здравоохранения наблюдается с 2014 года. В 2021 году впервые показали положительный дисбаланс в государственной сети (+12 врачей), но в этом году тенденция оттока продолжилась (161 врач и 239 средних медработников уволились). Уезжают как из районов края, так и из региональных учреждений здравоохранения. Впервые в этом оттоке замечены и все три района Агинского округа, которые только за прошлый год потеряли 28 врачей.

Да, есть проблемы с подготовкой кадров, но немало и других.  В результате неукомплектованность кадрами фельдшерско-акушерских пунктов (ФАПов) (14%). В большей части, это села с численностью населения меньше 300 человек, куда очень сложно привлечь молодых специалистов. Села, где проживают более 300 человек, обслуживаются только путем совместителей. « Как бы мы активно ни строили ФАПы, в маленьких селах отсутствует жилье, поэтому специалистов мы туда отправить не можем и вынуждены организовывать выездные формы работы», - отметила Елена Лазарева.

Да и мы все видим эти проблемы. Зачастую, чтобы попасть на приём к врачу, люди неделями ждут очереди. Кое-где, как в Тунгиро-Олёкминском  и других северных районах, людей обслуживают лишь выездные бригады, а дефицит узких специалистов есть почти в каждом муниципалитете. Нередко до больницы надо добираться за десятки, а то и за сотни километров.

Неудивительно, что сообщается об увеличении смертности  матерей и младенцев.

И здесь надо отметить: проблема с острой врачебной недостаточностью возникла не сама по себе, она рукотворная. Сначала нужно было оптимизировать, т.е. сократить и уничтожить лечебную базу, а затем с энтузиазмом её восстанавливать. После приснопамятной оптимизации в системе здравоохранения нашего края были озвучены просто потрясающие итоги: за два года (2015-2016 гг.), оказывается, в забайкальской медицине было сокращено более двух тысяч коек, из-за этого мы потеряли кадровый потенциал – освободилось более 440 ставок врачей и 1000 сестринских ставок, большинство из них вообще покинули регион. Оптимизация зашла так далеко, что и многим деморализованным медикам «с потухшим взором» требуется психологическая помощь. Этот варварский разгром забайкальской медицины не преодолён до сох пор.

 «Если я заболею, к врачам обращаться…»

Мой коллега, мающийся сердечным заболеванием, с горечью рассказывает. Раньше я с удовлетворением посещал кардиологический диспансер на ул. Анохина. Больных окружали заботой доктора во главе с главным врачом Татьяной Войченко, к услугам пациентов была современная диагностическая аппаратура, тренажёры, дневной стационар. Кому всё это помешало? Теперь в краевой клинической больнице пациентов с сердечно-сосудистыми заболеваниями принимают несколько специалистов, туда надо записываться заранее. Работа кардиологов строится по типу кабинета узких специалистов в составе поликлиники больницы. Приходится, говорит мой коллега, обращаться к частным врачам. А бывшее специализированное помещение краевого кардиологического диспансера заняло… министерство культуры. Сеет теперь оттуда разумное, доброе, вечное.

Понятно, что была оптимизация. увлеклись ею безмерно. Руководители края и отрасли в результате добились успеха. Сердечных больных стало меньше. Почемы? Да просто умирать с этим заболеванием стало больше. Выходит, что экономия явная. Ушедшим в мир иной сердечникам кардиологическая помощь уже не нужна. Для остальных она тоже сведена к минимуму. Специалисты отмечают: сегодня каждый второй больной с инфарктом миокарда в Забайкалье умирает на дому и только половина больных состоит на диспансерном учете. Уменьшилось количество посещений людьми больниц и поликлиник, снизилась доступность приёма у врачей.  

В общем, как поётся в известной песне, «если я заболею, к врачам обращаться не стану…». Что имел в виду поэт - понятно: романтику! Но вряд ли в жизни нашим больным до романтики. Они просто стали меньше получать возможность обратиться к врачам, предпочитают уходить в лучший мир без них.

Поздновато, но и президент высказался в послании Федеральному собранию об «оптимизации» в здравоохранении, так: оптимизаторы забыли о людях, стали ликвидировать лечебные заведения в небольших посёлках, сокращать койко-места, заставляя людей ехать лечиться в города или за сотни километров.

Сейчас в нашем крае кое-что делается, чтобы хоть как-то поправить положение с врачебными специалистами. Есть и программа «Земский доктор», строится для специалистов жильё, кое-где даются надбавки к зарплате, строятся современные ФАПы. Но положение с медицинскими специалистами в крае таково, что нужны экстроординальные меры. Какие? Пусть думают и решают соответствующие ведомства и губернаторская  команда в целом.

Иначе национальный проект в этой отрасли будет безусловно провален, никакие «объективные» причины не будут браться во внимание, но главное – больных и ушедших в мир иной забайкальцев с каждым годом будет больше.

Важные и оперативные новости в telegram-канале "ZAB.RU"