Столица юрт

Зажатый меж двух хребтов миллионный Улан-Батор - по-монгольски "Красный богатырь" вытягивается вдоль речки Тола и более всего напоминает верблюда с парой небоскрёбов вместо горбов. Типовая советская застройка соседствует с черепичными крышами дацанов, в тени которых прячутся юрты, глинобитные дома и деревянные хибары. Поблёскивают на солнце подъёмные краны, красуются коттеджи местной "Рублёвки". А на переднем плане гордо развевается красно-синий флаг Монголии - страны, которой с 1924 года правит этот "Красный богатырь".

Топор Чингисхана

- Человеком первого тысячелетия был признан Аттила, главной фигурой второго стал Чингисхан. Выпьем же за то, чтобы и в нашу эпоху из Монголии вышла личность мирового масштаба! - этот популярный среди степняков тост всякий раз вызывал во мне смешанные чувства: уж слишком жестокими представляются фигуры великих завоевателей. Однако для современных монголов Чингисхан не просто известный земляк, он - объект культа! Рядом с ним меркнут не только другие деятели истории - Хубилай, Сухэ-Батор или Цыденбал, но и Будда, чья позолоченная статуя скромно стоит в тени сопки, украшенной гигантским портретом Великого Хана.

Если вы прилетите в Ургу на самолёте, вас встретит аэропорт "Чингисхан", если решите добраться сюда на машине, то непременно въедете в город по проспекту Чингисхана. Остановившись в крупнейшей гостинице "Chinggis Khaan hotel", вы рассчитаетесь за номер тугриками, на каждом из которых - портрет бородатого завоевателя с серьгой в ухе. Футболки с изображением Темуджина, водка, названная в его честь, и даже "Шрэк" известен здесь как "Тэнгис" ("Тэнгис: бодит мэдрамж" так по-монгольски звучит название мультика "Шрэк: навсегда")!

Создатель монгольской империи - один из немногих исторических персонажей, способных вызвать у степняков чувство национальной гордости. Должно быть, поэтому среди местных жителей пользуются спросом футболки и календари с картой Великой Орды, где и Китай, и большая часть России окрашены одним, жёлтым цветом.

Вот и пять лет назад, когда наши соседи отмечали 800-летие монгольского государства, в центре Улан-Батора была построена Галерея национальной истории с памятником Чингисхану на входе. Для её строительства монголам потребовалось не только раздобыть несколько миллиардов долларов, но и снести стоявший прежде на этом месте мавзолей Сухэ-Батора, перезахоронив революционера на одном из местных кладбищ.

А в 2008 году в окрестностях "Красного богатыря" вырос гигантский памятник завоевателю. И если учесть, что 40-метровый монумент установлен на десятиметровом основании, построенном на высоком холме, то можно представить, сколь внушительно он выглядит! Сотни туристов фотографируются на фоне скульптуры и ощущают себя букашками, которых великий государь может прихлопнуть одним ударом своего нержавеющего пальца. Внутри изваяния работает лифт, поднимающий зевак на гриву ханской лошади, - отсюда открывается захватывающий вид на монгольские степи.

… Ранним утром, прогуливаясь по проспекту Мира - центральной улице Улан-Батора, фотографирую небоскрёб, отдалённо напоминающий парус. "Топор Чингисхана" - официальное название этого здания, прозванного в народе "чебуреком".

Сапог Унгерна

Правый сапог одиноко стоит в витрине Музея национальной истории. У него нет пары, зато есть история: когда-то его носил белый генерал барон Унгерн фон Штернберг - фигура, окружённая в Улан-Баторе особой, мистической аурой. "Отношение монголов к Унгерну становится всё более и более сочувственным, и последний идеализируется как освободитель от китайского ига", - этот отрывок из советской депеши не утратил свою актуальность. Призрак барона до сих пор витает над Ургой, напоминая о белогвардейцах, отбивших в феврале 1921 года монгольскую столицу у ненавистных здесь китайцев.

Как и 90 лет назад сегодня над городом возвышаются склоны священной горы Богдо-Ул, на которой стоял лагерем загадочный генерал. Отсюда по его приказу обстреливали Ургу, здесь же, по мнению многих монголов, Унгерн приносил жертвы духам местности, насылая беды на головы китайских солдат. Вблизи расположен дворцовый комплекс Богдо-гэгэна - один из наиболее популярных туристических объектов Монголии, построенный в начале ХХ века по распоряжению Богд Хана - духовного и политического лидера Халхи. Сегодня резиденция монгольского "понтифика" - это музей, включающий семь утопающих в зелени храмов, залы которых украшены буддийскими иконами-танка, статуями бодхисаттв и личными вещами Богдо-гэгэна. Особое внимание привлекает юрта, на покрытие которой, по утверждению путеводителя, ушло 150 леопардовых шкур! Здесь же можно увидеть и огромную коллекцию чучел, собранную монгольским владыкой: тигры, орангутанги, лемуры и другие экзотические животные вызывали трепет у степняков, впервые попадавших в эти прохладные комнаты.

- Когда солдаты барона похищали Богдо-гэгэна, они перепугались, приняв эти чучела за настоящих зверей, - рассказывает пожилой смотритель.

Во многом именно с Романа Унгерна началось особое, трепетное отношение кочевников к нашей стране, достигшее апогея во времена, когда "курица была не птицей, а Монголия - не заграницей". "Хрущёвки" Улан-Батора, гигантское здание российского посольства, памятник Ильичу, рестораны русской кухни и русский мат, взятый на вооружение местными таксистами - вот неполный список нашего наследия, который можно расширить "уазиками" и бильярдом, завезённым в степную страну всё тем же бароном.

- У нас лишь два соседа - Россия и Китай, - объясняет молодой монгол, недавно вернувшийся из Петербурга. - И если китайцы откроют в городе ресторан - его закидают камнями или сожгут! Они - захватчики, от которых нас освободил ваш Роман.

Очки Леннона

9 октября 2008 года на улан-баторском Арбате был открыт памятник "The Beatles"! Бронзовые "битлы" стоят около кирпичной стены, по форме напоминающей гитару. В этом же районе - магазин "Hi-Fi Records", чей интерьер украшен портретами ливерпульской четвёрки. Такую любовь к главной рок-группе ХХ века объяснил монгольский премьер Санжийн Баяр: "Для Монголии "The Beatles" - это олицетворение демократии и тех идеалов, к которым стремится наша страна".

Преклонение перед Западом, свойственное жителям юрточной столицы, напоминает Россию образца 1990-х. Олицетворением же современной Монголии может служить здание гостиницы "Улан-Батор", построенное в 1970-е годы русской женой монгольского генсека Цыденбала. Местами обсыпавшийся фасад этого отеля хранит следы "брежневской" архитектуры, а его начинка соответствует стандартам третьего тысячелетия с бесшумными лифтами, сверкающими дверями и дизайном хай-тек.

Монгольские цирики в американской форме охраняют правительственные здания, звёздно-полосатые флаги развеваются над "фаст-фудами", рэп звучит из окон проезжающих мимо автомобилей, а английская речь явно потеснила русскую - местная молодёжь свободно изъясняется на языке "битлов", растягивая гласные на американский манер.

Ещё одна иллюстрация "Красного богатыря" - вереницы туристов, что с огромными рюкзаками за спиной гуляют по буддийским монастырям, закупают на рынках кашемировые и кожаные изделия, наслаждаются бузами и… привлекают карманников. Последние заслуживают отдельного упоминания - уж слишком они многочислены и нахальны! Объявления "Осторожно: воры", висящие на каждом углу, не дают забыть, что Улан-Батор - это ещё и преступная столица Азии. Десятки воришек снуют на рынках, площадях, центральных улицах и в универмагах, расстёгивая заплечные рюкзаки, ныряя в карманы и дамские сумочки.

Любовь к Америке ощущается и на бытовом уровне: пока тебя принимают за американца или, на худой конец, европейца, - ты гость номер один. Но как только в тебе признали русского, ты становишься членом семьи, с которым можно и бедой поделиться, и радостью, и прикрикнуть если что.

…За окнами мелькают витрины магазинов, фонари освещают спящий Улан-Батор, а в нашей машине играет песня "Imagine". "Представьте, что этот мир принадлежит нам всем", - вытягивает Джон Леннон. И эти звуки - последние, что я слышу, покидая Ургу.