«Логан»: Для взрослых

«Логана» уже называют образцом «серьезного комикса», столпом которого был когда-то Нолан. Не верьте. Даже в «Темном рыцаре» Нолан не подошел и близко к такому взрослому взгляду на вещи, как Джеймс Мэнголд и Хью Джекман, который был инициатором этого фильма.

«Я просто должен — самому себе и зрителям — закончить эту историю. Правильно сделать это на этапе той главы, которая меня полностью удовлетворяет. Уверен, пройдет время и появится новый Росомаха, не хуже моего. Но сегодня мир Росомахи истаял и почти исчез. Невозможно себе представить, как горка энтузиастов-доброхотов вдруг остановит Карибский кризис» - эти слова, сказанные в одном из интервью Джекмана накануне премьеры, давали надежду на то, что мы увидим нечто очень сильно отличающееся от традиционного костюмированного кавардака с красивыми драками и без капли крови.

Надежды сбылись даже в большей степени, чем можно было предполагать. Мэнголд снял по-настоящему страшное кино, в котором каждый удар отдается болью. Он ввел в пространство кинокомикса Marvel, где гибнут только статисты – болезнь, старость, беспомощность. «Логан» с первых же кадров заставляет вспомнить все фильмы, где глупые бандиты связались не с тем человеком – и суды над стариками, которые садились в тюрьму за беспомощные убийства молодых нахалов. В отличие от абсолютного большинства кинокомиксов, здесь практически нет молодых и сексуальных героев. А те, что есть - вооруженные статисты, но смерть этих статистов вызывает такой ужас, о котором при просмотре кино уже как-то и вспоминать неловко. Вероятно, потому, что убивает их старик. И ребенок.

Смотреть на это невыносимо – в особенности зрителю, хотя бы отчасти не подготовленному трейлером, который в кои-то веки продавал нам реально существующее кино. «Логан» - тяжелая драма о разнице между реальностью и выдумкой, о том, что зло не сосредоточено в какой-то одной пафосной фигуре. Оно разлито по всему миру, и бесконечная борьба с ним, хоть и необходима – никогда не принесет герою ни покоя, ни удовлетворения. И еще – это история об ответственности перед будущим, которое нельзя исправить при помощи машины времени, потому что будущее это дети, воспитанные на сказках и крови, на море ненависти, на крохах любви. Здесь следовало бы сказать, что даже крохи способны изменить все – но Мэнголд в поддавки не играет. Вместо уверенности он дает только надежду, предоставляя взрослому, умудренному опытом сердцу зрителя решать, возможно ли это - быть не таким, каким тебя создали.

Тема связи между поколениями в «Логане» - одна из самых мучительных. И здесь надо, наконец, сказать об игре Патрика Стюарта, Хью Джекмана и Дафни Кин. Стюарт когда-то сделал профессора Ксавье узнаваемым, но в «Логане» он сыграл кого-то по-настоящему великого. Чарльз – это концентрат лукавой и беспомощной доброты, усиленной опытом и болью прожитых лет. И в реальном, а не нарисованном на компьютере пространстве «Логана» становится как-то очень понятно вдруг, что эта доброта и была всегда суперспособностью Ксавье – точно так же, как сверхсила Логана заключалась не в когтях и оскале. Хью Джекман в своем последнем фильме о Росомахе – это самурайская, самоубийственная верность, невозможность оставить тех, кто нуждается в помощи. Именно это они дают Лоре, девочке-маугли, блестяще сыгранной Дафни Кин. Что-то среднее между отвратительным и страшным зверенышем и робким ребенком, Лора получает от Чарльза и Логана даже не любовь, а доброту и защиту. И еще «Шейна», слова из которого она произнесет в конце, как молитву: «С убийствами нет нормальной жизни. Назад дороги нет. Прав ты или нет, это клеймо, от которого не отвязаться».

Клара Хоменко

Смотрите расписание и покупайте билеты на киносеанс в «Афише Забмедиа»