«Срывов не допущено» - сказал губернатор о ремонтах школ в Забайкалье

Забайкальский край впервые перешёл на двухгодичные ремонты школ — модель, при которой капитальная реконструкция учебных заведений растягивается на два строительных сезона вместо одного. Губернатор Александр Осипов в эфире ГТРК «Чита» объяснил это решение логикой качества: за один год невозможно провести полноценную, комплексную реконструкцию здания без спешки и без риска принять недоделанную работу.

Отдельно губернатор заявил: краевые власти «научились», а срывов сроков теперь не допускается, поскольку за каждым объектом пристально следят прокуратура и надзорные органы. Проблема лишь в том, что примерно за месяц до этого заявления та же самая прокуратура обратилась в суд с требованием признать недействительным контракт на капитальный ремонт другой школы в Краснокаменске.

Что именно меняется в подходе к ремонту школ

Согласно заявлению губернатора, региональная политика капитального ремонта образовательных учреждений принципиально пересмотрена. Министр образования края Марина Секержитская уточнила: по новой, двухгодичной схеме сейчас ведётся ремонт сразу в четырёх объектах — школах № 7, № 33, № 8 в Чите и в Забайкальском краевом лицее-интернате. Часть работ там уже выполнена, и учебный процесс в этом году начнётся уже в частично обновлённых зданиях.

Сам Осипов объяснил экономическую логику перехода к новой схеме через сопоставление объёмов финансирования. По его словам, когда региону выделяли по 30–50 миллионов рублей на ремонт школы, речь шла о заведомо неполных ремонтах — но подобный объём работ действительно можно было завершить за один год.

Сейчас же финансирование выросло до 250–300 миллионов рублей на объект, что позволяет полностью переделывать школу от кровли до систем водоснабжения, водоотведения и фасадов — и, по словам губернатора, «сделать так, как будто она практически построена заново». Но такой объём работ физически невозможно уложить в один строительный сезон: попытка сделать это привела бы, по формулировке Осипова, к необходимости «делать наспех и принимать что угодно».

«Мы научились, и срывов не допущено»

Отдельно был задан губернатору вопрос о качестве работы подрядчиков — и получен ответ, который заслуживает особого внимания. Осипов признал: ремонты действительно шли не без проблем, некоторые подрядчики затягивали сроки, а с частью из них региону пришлось расторгнуть контракты.

Но общий вывод губернатора прозвучал уверенно и оптимистично: «Здесь можно говорить о том, что мы научились, и срывов не допущено. У нас жёстко принимаются работы. К каждому объекту приковано внимание всех органов власти и надзорных органов. Помимо этого, краевые власти всё организуют и контролируют, прокуратура — все предельно внимательно, со всех сторон смотрят на то, чтобы деньги дали максимальный результат».

Примерно месяц назад: прокуратура требует признать контракт недействительным

Эта формулировка о том, что «срывов не допущено», а прокуратура «предельно внимательно» следит за качеством работ, звучит куда менее убедительно на фоне событий, о которых стало известно буквально накануне заявления губернатора. Ещё 2 августа 2026 года, то есть примерно за месяц до слов Осипова, стало известно, что прокуратура Забайкальского края обратилась в суд с иском в интересах администрации Краснокаменского округа, потребовав признать недействительным договор между школой № 4 в Краснокаменске и подрядной организацией ООО «Энергоход» на капитальный ремонт здания. Речь шла о сумме в 19,5 миллиона рублей, которую прокуратура намерена вернуть в бюджет.

На момент публикации сведений об этом иске основной спор о недействительности контракта ещё не был разрешён судом по существу — рассматривался лишь вопрос о временных ограничениях на период разбирательства; актуальный статус дела на момент заявления губернатора мог измениться.

Но сам факт, что именно прокуратура — та самая структура, которая, по словам губернатора, «предельно внимательно, со всех сторон» следит за качеством капитальных ремонтов школ, — была вынуждена обращаться в суд с требованием аннулировать уже заключённый контракт, прямо противоречит тезису о том, что регион «научился» и полностью контролирует ситуацию с подрядчиками.

Примечательно и то, что именно Краснокаменск фигурирует в программе капитального ремонта на 2026–2027 годы сразу с несколькими школами — № 4, № 7 и Целиннинской средней школой того же округа, — то есть проблема с контрактом на школу № 4 возникла не в изолированном, случайном месте, а в рамках той же самой масштабной программы модернизации, о которой с таким оптимизмом отчитывался губернатор.

Не единственный проблемный подрядчик в регионе

История с забайкальскими школами вписывается и в более широкий, системный контекст проблем с подрядчиками в сфере капитального строительства социальных объектов региона. Показателен пример компании «Бурятпроектреставрация», которая срывала строительство сразу нескольких объектов в крае — от жилого дома для переселенцев из аварийного жилья до детского сада стоимостью 344 миллиона рублей в Петровске-Забайкальском, что в своё время заставило самого губернатора лично проверить состояние затянувшейся стройки и остаться недовольным увиденным.

Компания в итоге успела обанкротиться раньше, чем государственный заказчик добился взыскания задолженности через суд.

В соседней Бурятии по схожей схеме — заключение контракта с последующим полным бездействием подрядчика — региональное УФАС включило в реестр недобросовестных поставщиков компанию, которая заключила контракт на ремонт школы ещё в феврале 2026 года, но спустя три месяца так и не приступила к работам.

Подобные истории показывают: проблема ненадёжных подрядчиков в сфере капитального ремонта социальных объектов — не забайкальская уникальность, а достаточно распространённая практика в соседних регионах, что делает заявления об «отсутствии срывов» ещё менее убедительными на общем фоне.

Почему переход на двухгодичную схему сам по себе не гарантирует качества

Логика губернатора о том, что растягивание ремонта на два года позволяет избежать спешки и, соответственно, избежать некачественной работы, звучит разумно применительно к самому объёму строительных работ. Но проблема с контрактом школы № 4 в Краснокаменске демонстрирует: риск для подобных проектов создаёт не только сжатость сроков, но и куда более фундаментальные вопросы — добросовестность конкретного подрядчика, корректность самой процедуры заключения контракта и соответствие условий соглашения интересам заказчика.

Растягивание сроков ремонта на два года не решает эти проблемы автоматически: если контракт изначально заключён с нарушениями, требующими вмешательства прокуратуры, продолжительность самих строительных работ не имеет значения для итоговой законности сделки.

Что в итоге

Переход Забайкалья на двухгодичную схему капитального ремонта школ — разумное организационное решение, отражающее объективный рост финансирования и масштаба работ: 250–300 миллионов рублей на школу действительно сложно освоить качественно за один строительный сезон, и растягивание сроков ради полноценной, а не косметической реконструкции выглядит логичным шагом.

Но заявление губернатора о том, что регион «научился» работать с подрядчиками и что срывов больше не допускается, а прокуратура «предельно внимательно» следит за каждым объектом, стоит воспринимать с существенной осторожностью — примерно за месяц до этого заявления та же самая прокуратура была вынуждена обратиться в суд с требованием признать недействительным контракт на ремонт другой школы того же региона.

Для родителей и учеников школ, где сейчас идёт капитальный ремонт по новой двухгодичной схеме, эта параллель означает: удлинение сроков строительства само по себе не является гарантией того, что конкретный контракт с конкретным подрядчиком окажется добросовестным и юридически безупречным.

Реальную проверку оптимистичным заявлениям о полном контроле над подрядчиками дадут не слова в эфире регионального телеканала, а то, сколько ещё подобных исков прокуратуры о недействительности контрактов появится в ближайшие месяцы работы уже по новой, двухгодичной схеме.