За три дня склока Белого дома с CNN, MS NOW и Politico успела превратиться в бойкот телепула, запуск собственного круглосуточного стрима — и в судебное дело, которое, по иронии, досталось тому же судье, который в 2018 году уже возвращал пропуск корреспонденту CNN Джиму Акосте. История явно решила пойти по кругу — только на этот раз круг пошире.

В пятницу, 18 сентября, Дональд Трамп объявил в Truth Social, что CNN, MS NOW (бывший MSNBC) и Politico больше не допускаются в Белый дом. Формулировка была не столько юридическая, сколько эмоциональная: редакции, по словам президента, постоянно публикуют «fiction and lies» и «fake news». На вопрос, почему именно эти три, а не какие-нибудь другие, ответ был ещё лаконичнее: «Без причины». Уже на выходных пропуска журналистов трёх изданий перестали срабатывать на входе — металл детектор, видимо, тоже читал Truth Social.

Решение, к которому Белый дом сам оказался не готов

Самая пикантная деталь всплыла уже после запрета. По данным источников, знакомых с обстоятельствами, незадолго до объявления ближайшая помощница президента Натали Харп показывала ему подборку негативных публикаций и телефрагментов. Среди них была графика Politico, которая якобы разозлила Трампа особенно сильно. Иными словами, целую редакционную политику в отношении трёх крупных СМИ, судя по всему, решила не многомесячная стратегическая комиссия, а одна не самая удачная утренняя подборка вырезок. Застигнутыми врасплох, к слову, оказались и многие сотрудники самого Белого дома — включая тех, кто по долгу службы должен был об этом знать первым.

Формулировать это стоит аккуратно: публично не доказано, что именно Харп «приняла решение» или лично спровоцировала запрет. Но последовательность событий недвусмысленно намекает, как быстро раздражение одного человека от одной подборки распечаток способно превратиться в административный акт федерального масштаба. Ещё один штрих: в момент неожиданного решения глава аппарата Белого дома Сьюзи Уайлс находилась вне города; директор по коммуникациям Стивен Чунг позднее подчёркивал, что рядом с президентом были другие старшие сотрудники и они поддержали решение.

Натали Харп, «человек-принтер» — и почему это не просто милая деталь

Харп — специальный помощник президента и его исполнительный ассистент, почти неотлучно находящийся рядом. В американской прессе за ней давно закрепилось прозвище «human printer» — «человек-принтер»: она в буквальном смысле распечатывает для Трампа статьи и материалы, которые он потом читает и обсуждает. То есть у президента США есть личный RSS-канал в бумажном виде, и, судя по всему, именно через этот канал критический контент и добрался до адресата в самый неудачный момент.

Для медиаправа деталь звучит забавно, но работает всерьёз. Если в суде дойдёт до обсуждения мотива, истцы почти наверняка попытаются выстроить цепочку: критический материал → раздражение президента → запрет конкретных редакций. Это прямо играет на руку аргументу о дискриминации по точке зрения — хотя окончательную оценку, разумеется, даст суд, а не хроника принтерной ленты.

Телепул сказал «нет», и получилось на редкость дружно

В понедельник конфликт вышел за пределы трёх редакций и стал общим делом индустрии. CNN должна была по расписанию дежурить в телепуле Белого дома — системе, при которой одна из пяти крупных сетей снимает президентские мероприятия и раздаёт сигнал остальным. После того как CNN не пустили, ABC, CBS, Fox News и NBC — конкуренты, которые обычно спорят даже о погоде, — отказались подменять коллегу. Пять участников пула выпустили совместное заявление о том, что общество заинтересовано в точной и независимой информации о правительстве и что администрация не должна наказывать редакцию за несогласие с её материалами. Получить единое коммюнике от пяти конкурирующих телесетей — само по себе достижение, сравнимое разве что с перемирием на праздники.

Присоединились и другие. The Washington Post объявила, что не будет публиковать фотографии президентских мероприятий этого дня до полуночи; похожую солидарность проявили фотографы и часть других изданий. При этом печатная и часть другого пул-работы продолжались — речь шла не о полном информационном бойкоте, а о точечном ответе именно на исключение CNN.

А потом Белому дому срочно понадобилась камера

В тот же день Трамп торжественно открыл новый вертолётный хелипад на территории Белого дома. Без привычной профессиональной пул-команды администрация вела трансляцию своими силами. Получилось эффектно — но не в том смысле, на который рассчитывали: на записи слова президента местами почти невозможно разобрать из-за рёва вертолётных лопастей. Символичнее сложно было бы придумать даже нарочно: буквально в день, когда независимую съёмку выгнали за дверь, единственным звуковым сопровождением главы государства стал шум винта. Получился редкий наглядный урок на тему «зачем вообще нужен независимый пул» — он даёт не только редакционную автономию, но и элементарно исправный микрофон.

Ответ Белого дома: собственный Trump TV, 24/7 и с попкорном

21 сентября на официальном сайте администрации появился круглосуточный стрим «TRUMP TV: The Essentials Station». Первая трансляция стартовала — вот это поворот — с записи двухмесячной давности. Промо-ролик собрал кадры из «Сайнфелда», «Гриффинов» и «Тёмного рыцаря» под музыку «Video Killed the Radio Star», как будто редакция сама не удержалась от иронии над собственным жанром. Критики отреагировали мгновенно, сравнив канал с государственным телевидением по образцу Китая или России; бывшая глава Ассоциации корреспондентов Белого дома заметила, что у Америки в принципе не может быть государственного ТВ — потому что именно независимость наблюдателя и отличает демократию от трансляции пресс-службы самой себе.

Вишенка №2: Trump TV стартовал с чужого Голливуда и нескольких тысяч зрителей

Есть и ещё одна почти сюрреалистическая деталь. Промо Trump TV использовало фрагменты сразу из целой россыпи коммерческих фильмов и сериалов — среди них «Друзья», «Симпсоны», «Гриффины», «Один дома», «Во все тяжкие» и «Тёмный рыцарь». Deadline обратил внимание, что права на этот контент принадлежат разным крупным студиям — Warner Bros., Disney, NBCUniversal, Sony и другим. Пока нет оснований утверждать, что ролик нарушил авторские права: условия лицензирования публично неизвестны. Но для проекта, запущенного администрацией в разгар спора о том, кто имеет право производить и распространять президентскую картинку, совпадение получилось почти литературным.

И ещё цифра, которая хорошо возвращает историю на землю. По данным американских изданий, на старте Trump TV одновременно смотрели около 8 тысяч человек; примерно к 21:00 по восточному времени аудитория сократилась примерно до 3 тысяч. Это не официальная статистика Белого дома и не показатель будущей аудитории сервиса, но для дебюта круглосуточной президентской медиаплатформы масштаб оказался довольно скромным. Первый эфир при этом начался архивной речью Трампа у Маунт-Рашмора от 3 июля — примерно 80-дневной давности.

Юридическая часть: почему цитаты самого Трампа — не лучший друг его же адвокатов

В тот же понедельник CNN, MS NOW и Politico подали совместный иск в окружной суд округа Колумбия. Аргумент строится вокруг «viewpoint discrimination» — дискриминации по точке зрения, которую суды системно признают неконституционной. Проблема администрации в том, что мотив запрета не пришлось выяснять оперативно-разыскным путём — президент сам, публично и не единожды, объяснил, что ему попросту не нравится содержание конкретных репортажей. Для истцов это редкая удача: мотив не приходится реконструировать только по косвенным признакам — собственные публичные слова президента дают им прямой материал для аргумента о дискриминации по точке зрения.

Единственная опора защиты, которую публично озвучили в окружении Трампа, — решение Верховного суда 1965 года по делу Zemel v. Rusk об отказе валидировать паспорта для поездок на Кубу. Аналогия выглядит настолько натянутой, что прямое применение этого прецедента к нынешнему спору далеко не очевидно даже сочувствующим наблюдателям.

Прецеденты, которые лягут на стол судьи

Что дальше

Первый рубеж — 23 сентября. Судья Келли рассмотрит экстренное требование о временном восстановлении доступа. Это ещё не решение по существу — а сам Трамп уже дал понять, что готов идти в апелляцию, если проиграет первый раунд.

Но политико-медийный эффект уже наступил, причём с обратным знаком. Запрет трёх редакций не притушил историю — он размножил её многократно: объединил конкурирующие телесети, породил федеральный иск и заставил Белый дом в тот же день продемонстрировать собственную альтернативу независимому пулу — с не самым выигрышным звуком на первом же мероприятии. Спор о трёх пропусках вырос в вопрос куда шире: кто контролирует картинку из Белого дома — журналисты, которые задают неудобные вопросы, или власть, которая сама решает, что показывать. Судя по вертолётному саундтреку, ответ пока не в пользу второй версии.