Один выстрел, две позиции

Пока в Москве спорят, нужно ли упрощать охоту на бурого медведя, Забайкалье уже действует. На 1 октября в крае добыто 70 медведей, представляющих угрозу для жителей. С 29 сентября действует режим повышенной готовности, с 7 октября охотникам платят по 15 тысяч рублей за голову.

Фонд «Мир медведей» в это же время пишет письма в Минприроды с требованием не упрощать правила. Спор идёт о том, как решать проблему, которая уже унесла человеческие жизни.

Что происходит в Забайкалье

Ситуация в крае перешла в критическую фазу ещё в конце сентября. С 29 сентября на всей территории региона действует режим повышенной готовности из-за участившихся выходов диких животных, прежде всего медведей, в населённые пункты. Губернатор Александр Осипов поручил главам округов создать рабочие группы, контролировать вывоз мусора, пресекать бесконтрольный выпас скота, провести инструктажи в школах и определить безопасные маршруты для детей.

Цифры, которые приводит Минприроды края, выглядят тревожно. По данным на 1 октября, добыто 70 медведей, представляющих угрозу для жителей. Зафиксировано более 100 сообщений о выходах диких животных, из них 35 — непосредственно на территории населённых пунктов. Наиболее сложная обстановка — в Красночикойском округе. Только с начала сентября возле села Черемхово отстреляли десять медведей, опасных для человека.

Для борьбы с проблемой задействованы 85 мобильных групп, в которые вошли 275 охотников и охотоведов. Работа по регулированию численности ведётся в восьми муниципальных округах: Красночикойском, Хилокском, Петровск-Забайкальском, Кыринском, Акшинском, Улётовском, Агинском и Карымском.

А 7 октября Минприроды края издало приказ о выплатах охотникам. За одного добытого медведя — 15 тысяч рублей. Предельное количество особей, за которых полагается вознаграждение в 2026 году, — 200. Деньги выделены из резервного фонда правительства Забайкалья. Медведя нужно добыть в период с 1 сентября по 1 декабря, а до 10 декабря предоставить в министерство пакет документов и шкуру добытого зверя.

Спор на федеральном уровне

Пока Забайкалье платит охотникам, в Москве развернулась дискуссия. Фонд благополучия медведей «Мир медведей» — организация, созданная в 2021 году и базирующаяся в Калужской области, — обратился с письмом к руководству Минприроды и губернатору Красноярского края. Поводом стало совещание в Сибирском федеральном университете, где обсуждались меры по снижению численности хищников.

Зоозащитники выступили против ключевых предложений: увеличения квот на добычу, продления сроков охоты и упрощения получения разрешений на отстрел. Их аргументы выглядят так: нынешние лимиты добычи и так не выбираются, а возможные послабления приведут к росту браконьерства и увеличению числа происшествий с оружием. «Массовый неизбирательный отстрел не решает проблемы деградации природной среды, недостатка кормов и доступности пищевых отходов возле населённых пунктов», — говорится в обращении.

В фонде также указывают, что на совещание в СФУ якобы не приглашали учёных, зато присутствовал главный редактор «Русского охотничьего журнала» Михаил Кречмар, которого зоозащитники считают лоббистом охотничьей индустрии.

Что отвечают охотники

Сам Кречмар с претензиями не согласен. Он напоминает, что в некоторых регионах уже действует система вынужденного отстрела медведей в обмен на денежные премии, но она «страдает избыточной бюрократизацией». «Нет речи о том, что люди без разрешений идут в угодья изымать зверя. Если столь недалекие люди обращаются в органы охотнадзора для получения премии без разрешения на отстрел, их наказывают как браконьеров», — пояснил он «Ъ».

При этом Кречмар считает более разумной советскую систему вынужденных отстрелов, когда охотники действовали по жалобам граждан без длительных согласований с охотнадзором. И приводит аргумент: отмена лимитов на кабана около десяти лет назад не привела ни к росту числа инцидентов, ни к критическому сокращению популяции. «А это зверь, обладающий несравненно большей ликвидностью, чем медведь. Его мясо едят», — уточнил он.

Минприроды РФ, в свою очередь, отказалось комментировать письмо фонда, объяснив это тем, что представители ведомства не участвовали в совещании в СФУ.

Цифры, которые пугают

Проблема вышла далеко за пределы Забайкалья. По официальным данным, в 2026 году в России обитало 307,9 тысячи медведей, тогда как в 1990 году их было около 133 тысяч. Рост более чем вдвое за три десятилетия.

Нападения на людей продолжаются. «РИА Новости» сообщало, что в 2026 году от медведей погибли 26 человек. По данным Минприроды, в 2025 году зафиксировано 34 случая нападений, в 2024-м — 19.

В одном только Красноярском крае за последний месяц отстрелили около 900 медведей. По состоянию на 8 октября в регионе добыто 898 особей бурого медведя. В августе-сентябре там жертвами нападений медведей стали семь человек. По факту гибели людей возбуждено уголовное дело о халатности.

Всего с начала 2026 года в России отстрелили более четырёх тысяч медведей. Помимо Красноярского края, больше всего — в Иркутской области (421), Бурятии (около 400), Тыве (263) и на Камчатке.

Почему отстрел — не панацея

Проблема выхода медведей к людям имеет двойную природу. С одной стороны — природный дефицит кормов: ягод, орехов, рыбы. С другой — «пищевая привычка»: зверь, однажды нашедший еду на помойке, будет возвращаться туда снова и снова. Ситуацию усугубляет подкормка диких животных людьми. Медведи оставляют пахучие метки, которые привлекают в посёлки других особей.

Замена квот на свободный отстрел даёт быстрый эффект по ликвидации конкретных «конфликтных» животных, но не устраняет причину их прихода. Более того, ситуация осложняется экономикой: охотники всё реже берутся за добычу медведя из-за высокой опасности и низкой рентабельности.

Что это значит для Забайкалья

Отстрел 70 медведей за осень — это менее 1,5% от популяции, которая в регионе оценивается примерно в 5,5 тысячи особей. Регулирование ведётся в восьми округах, тогда как медведь обитает в 27 округах края.

Пока одни спорят о квотах и бюрократии, другие живут в режиме повышенной готовности. В школах проводят инструктажи, детям определяют безопасные маршруты, медиков готовят к эвакуации пострадавших с помощью санитарной авиации. Это не абстрактная дискуссия о сохранении биоразнообразия — это вопрос безопасности конкретных людей в конкретных сёлах.

И где-то между двумя позициями находится Забайкалье, которое уже платит за головы медведей.