Последний кадр GoPro

Компанию, которая научила весь мир снимать себя в прыжке, продают. Её акционерам заплатят $285 млн наличными — почти ровно во столько оценили пакет акций, полученный основателем за один 2014 год. Кто уходит из этой истории с деньгами, кто — с фантиками и что будет с камерой в вашем рюкзаке, в нашем материале.

Летом 2014 года над биржевым залом в Нью-Йорке сыпалось конфетти. Сотрудники GoPro, задрав над головой маленькие камеры, снимали собственный триумф: калифорнийскую компанию только что впустили на биржу Nasdaq. Через пару месяцев её оценивали примерно в $12 млрд, а состояние основателя, бывшего сёрфера Ника Вудмана, по оценкам рейтингов миллиардеров, достигло $4,9 млрд.

Двенадцать лет спустя на счетах GoPro осталось $27 млн — меньше, чем компания выручала за одну неделю в свои лучшие годы. Акция стоит около доллара. А 1 сентября 2026 года GoPro объявила, что переходит под контроль малоизвестной оптической компании из Нью-Йорка.

Официально это называется «слиянием» и «спасением». Редакция ZAB.RU изучила документы, которые стороны подали в Комиссию по ценным бумагам США (SEC), и выяснила: у этой истории есть явные победители. И это совсем не те люди, которые когда-то поверили в бренд и купили его акции.

Сёрфер, который продал миру адреналин

Ник Вудман придумал GoPro в 2002 году, когда искал способ снять собственный сёрфинг не с берега, а изнутри волны. Первые камеры снимали на плёнку и крепились к запястью ремешком. Потом появились цифровые модели, герметичные боксы, крепления на шлем, руль и доску — и видео, от которого захватывало дух.

Главное изобретение Вудмана было даже не техническим, а маркетинговым. GoPro продавала не «фотоаппарат», а эффект присутствия. Ролики, которые снимали сами покупатели — прыжок с парашютом, спуск на сноуборде, пожарный, выносящий котёнка из огня, — расходились по интернету миллионами просмотров и становились бесплатной рекламой. Каждый новый владелец камеры превращался в рекламного агента бренда.

26 июня 2014 года акции GoPro начали торговаться на Nasdaq по $24. Осенью они стоили уже около $98. Сам Вудман по итогам 2014 года получил 4,5 млн акций с ограничениями на продажу. По цене на конец года их оценили в $284,5 млн. Это были не наличные, а стоимость пакета на бумаге, но именно по такой оценке аналитики вознаграждений назвали Вудмана самым высокооплачиваемым руководителем страны.

Инвесторы покупали не камеру. Они покупали мечту о медиаимперии, построенной на чужих роликах.

Как разбиться на пике

Мечта оказалась больше реального рынка. Выяснилось, что экшен-камера — вещь, которую человек покупает один раз и пользуется годами. А для обычной съёмки — дети, отпуск, котики — вполне хватает смартфона, который с каждым годом снимает всё лучше.

Выручка GoPro по годам, млрд долларов. Пик — 2015 год. Источник: годовые отчёты компании.

Пытаясь найти второй двигатель роста, GoPro совершила несколько дорогих ошибок:

Расчёт редакции: $1 000, вложенные по цене около $98 осенью 2014 года, при котировке $1,04 на 19 октября 2026 года.

Лето 2026-го: касса пуста

Во втором квартале 2026 года выручка GoPro упала на 31%, до $105 млн. Покупатели взяли всего 291 тысячу камер. Компания сама написала в отчётности фразу, которую инвесторы боятся больше всего: есть «существенные сомнения в способности продолжать деятельность». В переводе с бухгалтерского — мы можем не продержаться ближайший год.

Акция опустилась ниже доллара, и биржа Nasdaq прислала предупреждение: так долго продолжаться не может, иначе — исключение из торгов. В мае совет директоров официально запустил поиск покупателя.

Единственное светлое пятно — подписка: облачное хранилище и сервисы для владельцев камер оформляют уже 69% покупателей, это приносит около $29 млн за квартал. Ещё $2 млн за квартал GoPro начала получать за лицензирование видеоконтента для обучения искусственного интеллекта.

Денег не хватало, и компания стала занимать там, где ещё давали. С февраля 2026 года инвестфонд Yorkville выдал ей $25 млн под так называемые конвертируемые облигации. А 8 сентября — уже через неделю после подписания сделки о продаже — ещё $20 млн на тех же условиях.

Спасательный круг с золотой застёжкой

9 июля 2026 года — через два месяца после того, как совет директоров начал искать покупателя, — на помощь пришёл сам основатель. Трасты, связанные с семьёй Вудмана, дали GoPro в долг $20 млн под 6,5% годовых. Проценты не выплачиваются, а прибавляются к сумме долга.

Но к займу прилагался бонус: варранты на 25,7 млн акций по цене $0,778 за штуку. Главная деталь спрятана в условиях: эти права можно было использовать раньше срока, как только компания объявит о соглашении о продаже. А при продаже владелец варрантов вправе потребовать, чтобы их выкупили деньгами по специальной формуле.

 Сделку о продаже подписали 1 сентября — через семь с половиной недель после займа. По документам, поданным в SEC, при закрытии сделки заём семьи Вудмана будет полностью погашен, а варранты выкуплены за $21,9 млн. Сумма оценочная: в документах её рассчитали исходя из закрытия сделки 9 октября, к реальной дате она может измениться.

Подсчёт редакции по документам SEC. Синий блок — возврат собственных денег семьи с процентами (начислены примерно до конца 2026 года). Жёлтый — доход сверх возврата.

Справедливости ради: риск был настоящим. Семья давала деньги компании, которая сама сомневалась, что продержится год, а её заём стоял в очереди кредиторов только третьим — после банка и фонда. По словам GoPro, независимый комитет совета директоров рассмотрел другие варианты и признал этот самым выгодным. Но итог таков: из $42,5 млн около $20 млн — возврат собственных денег, а доход сверх них — примерно $22,5 млн, или около 110% за пять-шесть месяцев. Таких бонусов у рядовых акционеров не было.

Сложим всё вместе. По данным, раскрытым семьёй в SEC на 31 августа, ей принадлежит около 27 млн акций — за них она получит примерно $30,7 млн. Плюс $21,9 млн за варранты. Плюс около $20,6 млн возврата долга с процентами. Итого, по подсчётам редакции, около $73 млн денежных поступлений, из которых примерно $20 млн — возврат займа, и ещё около 2,7 млн акций новой компании. Возможные выплаты Вудману как руководителю при смене владельца в расчёт не вошли: в изученной части документов их размер не раскрыт. Сам Вудман при этом покинет пост генерального директора и совет директоров.

Рядовой акционер получит $1,14 за акцию. Семья основателя — около $73 млн.

Голосование, где хватит голосов одной семьи

Сделку должны одобрить акционеры. Звучит демократично, но у GoPro два класса акций. Обычная акция класса A даёт один голос. Акция класса B — десять. И все 25 млн акций класса B, судя по документам, принадлежат трасту семьи Вудмана.

Подсчёт редакции по данным, раскрытым семьёй Вудмана в SEC на 31 августа 2026 года: 180,1 млн акций класса A по одному голосу и 25,0 млн акций класса B по десять голосов. Итоговая таблица владения будет в окончательной версии документов для акционеров.

По документам, для одобрения нужно большинство голосов всех выпущенных акций. Отдельного согласия независимых акционеров условия не требуют. Письменного обязательства голосовать «за» семья, судя по документам, не давала, но директора и руководители заявили, что намерены поддержать сделку. Одна оговорка: по уставу все акции класса B превращаются в обычные, если их доля опускается ниже 10% всех акций, — и тогда десятикратные голоса исчезают. На 31 августа эта доля составляла около 12%. Пока этого не произошло, у остальных владельцев GoPro — от пенсионных фондов до студентов, купивших пару сотен бумаг на удачу, — нет возможности остановить сделку голосованием.

Ютубер, который стал крупнейшим частным акционером

Самый неожиданный поворот случился 31 августа — за день до объявления сделки. Стало известно, что популярный американский видеоблогер Марк Фишбах, известный как Markiplier, владеет 8,5% GoPro. Он оказался крупнейшим частным инвестором компании без всякой должности в ней.

Акции в тот день подскочили на 46%, до 87 центов, а на вечерних торгах — до $1,37. На следующее утро GoPro объявила о продаже. Знал ли блогер о готовящейся сделке, неизвестно. Сам он объяснял покупку тем, что считает компанию недооценённой и хочет, чтобы она выжила.

Покупатель из ниоткуда

В пресс-релизе покупатель назван солидно: Starman Optical, Inc., «американская компания в области оптической фотоники». Но в документах для акционеров та же Starman Optical описана иначе — как юридическое лицо, которое «не вело никакой деятельности, кроме связанной с его созданием» и самой сделкой. По данным редакции, её зарегистрировали в штате Делавэр 31 августа 2026 года — за день до объявления.

Настоящий будущий хозяин GoPro — Action Acquisition LLC, тоже делавэрская компания. Ей достанется около 90% объединённого бизнеса, нынешним акционерам — около 10%. Кто владеет Action Acquisition, в документах не раскрыто. Известно другое: председателем совета директоров и генеральным директором GoPro после сделки должен стать Чарльз Тебеле, 61 год, глава нью-йоркской группы Starman Holding. В пресс-релизе Starman Optical названа компанией этой группы, а Тебеле от её имени комментирует сделку. Но по раскрытым документам утверждать, что именно он — конечный владелец покупателя, нельзя: этот вопрос остаётся открытым.

Схема редакции по документам SEC и пресс-релизам сторон.

Биография Тебеле — классическая американская история про торговлю. В 1990 году, в 25 лет, он вместе с братьями открыл в Нью-Йорке компьютерный магазин RCS Computer Experience, который быстро стал одним из крупнейших продавцов компьютеров в стране. Сегодня в Starman Holding входят бренды чехлов и аксессуаров для смартфонов Incase, Incipio, Griffin и Survivor, дистрибьютор Digital Gadgets, медицинские товары, жильё для небогатых семей — и с 2024 года оптический бизнес. Тебеле также входит в совет директоров городской Корпорации экономического развития Нью-Йорка.

Ковидные миллионы

Самая громкая страница в биографии будущего главы GoPro — пандемия. Компания Тебеле Digital Gadgets, по известным редакции данным, до 2020 года не работала с властями Нью-Йорка. Весной 2020-го она получила от мэрии экстренные контракты на средства защиты и аппараты ИВЛ на $91 млн. Основную часть контрактов мэрия затем расторгла, успев заплатить около $9,1 млн, а маски на $28 млн компания поставила. Семья Тебеле до этого жертвовала на предвыборные кампании тогдашнего мэра Билла де Блазио десятки тысяч долларов.

Следующий заказ оказался на порядок крупнее, и вокруг него до сих пор идёт спор. Чтобы не смешивать факты, оценки и ответы, разложим эту историю на три части.

 В декабре 2022 года Хокул подписала закон, вернувший контролёру штата право предварительной проверки госконтрактов, которое отключили на время пандемии. Digital Gadgets позже судилась с властями штата из-за проигранного тендера. А в октябре 2026 года, за несколько недель до выборов губернатора, история с тестами снова стала оружием предвыборной борьбы: сторонники кандидата-республиканца Брюса Блейкмана запустили против Хокул рекламную кампанию, построенную на этом сюжете. В штабе губернатора называют её беспочвенной атакой.

Предприниматель, разбогатевший на срочных госзакупках в пандемию, теперь берётся за «оборону и национальную безопасность».

Завод, который ещё строится

Зачем торговцу чехлами для айфонов камеры GoPro? Ответ Тебеле — искусственный интеллект и оборона. Его компания Starman New Photonics делает оптические трансиверы. Это небольшие модули, которые превращают электрический сигнал в световой и обратно и связывают между собой тысячи процессоров в дата-центрах ИИ. В марте 2026 года она показала линейку Liberty — модули на 800 гигабит и 1,6 терабита в секунду.

Тебеле делает ставку на то, что Пентагон закрывает доступ на американский рынок иностранным трансиверам, а значит, понадобятся местные. В июне 2026 года власти Нью-Джерси одобрили его компании налоговые льготы на $37,5 млн — по $7,5 млн в год в течение пяти лет. Взамен компания обещала вложить $150 млн и создать 250 рабочих мест на заводе в городке Уоррен. Пока здание площадью около 9 300 м² только перестраивают. Выручки, клиентов и объёмов производства Starman публично не раскрывает.

Платит за GoPro, впрочем, не Starman. Деньги на сделку — до $395 млн — обязалась дать Midtown Equities, нью-йоркская девелоперская компания семьи Кайре. Своё состояние эта семья когда-то начала зарабатывать на дешёвых видеокассетах. В документах Midtown названа «независимой третьей стороной», не связанной с покупателем. На каких условиях девелопер финансирует покупку производителя камер и что получает взамен, не раскрывается.

Ошибки в отчётности

В октябре добавился ещё один сюжет. 9 октября аудиторский комитет GoPro признал, что на отчётность за 2025 год и первое полугодие 2026-го «полагаться больше нельзя». Ошибки нашли при подготовке документов к сделке: компания неправильно оценила сложные долговые инструменты — варранты одного кредитора и конвертируемые облигации другого.

Выручку и деньги на счетах это не меняет, а вот краткосрочный долг на 30 июня оказался больше примерно на $9 млн. Сам факт пересчёта отчётности формально стал дефолтом по всем кредитам компании — банковским, фондовым и займу самого Вудмана. GoPro пришлось просить кредиторов не требовать денег досрочно, и компания сообщает, что такие отказы получила. Ошибки, по её словам, непреднамеренные.

Что получит каждый

 Рынок сомневается

Обычно, когда компанию покупают за определённую сумму, её акции торгуются чуть ниже этой цены: инвесторы ждут закрытия сделки. С GoPro всё наоборот. 19 октября акция закрылась на $1,04 — дешевле, чем одна только обещанная денежная выплата в $1,14, не считая бесплатной доли в новой компании.

Причин у такого дисконта может быть несколько. Деньги придут только через несколько месяцев, сделка может сорваться, а договор позволяет уменьшить денежную часть, если оборотный капитал GoPro к закрытию окажется хуже оговорённого уровня. Какая из причин главная, сказать нельзя, но вместе они означают одно: рынок закладывает в цену заметный риск. Крайний срок — 31 декабря 2026 года. Американские юридические фирмы, специализирующиеся на исках акционеров, уже объявили о проверке условий сделки.

Клуб павших королей: Kodak, Nokia, Polaroid

GoPro — не первая. История техники полна брендов, которые изобрели будущее и не смогли в нём выжить. Три параллели особенно точны.

Kodak: изобрели — и испугались

В 1975 году инженер Kodak Стивен Сассон собрал первую в мире цифровую камеру. Она весила около 6 кг и записывала снимки на магнитную ленту. Позже Kodak сама выпускала цифровые камеры, но главные деньги ей по-прежнему приносила плёнка, и перестраиваться компания не спешила. Цифровую волну, а затем и смартфоны оседлали другие. В январе 2012 года Kodak обанкротилась.

Но у Kodak есть и вторая, менее известная параллель с GoPro. Летом 2020 года обедневший производитель фотоплёнки внезапно объявил, что станет выпускать лекарственные субстанции, и рассказал о готовящемся государственном займе в $765 млн. Акции за считаные дни взлетели примерно с $2 до $60. Выяснилось, что накануне объявления руководителям выдали опционы на акции. Начались проверки. Специальный комитет совета директоров Kodak позже пришёл к выводу, что закон нарушен не был, хотя выдачу опционов организовали неудачно. А заём так и не оформили. Неожиданный разворот в «стратегическую» отрасль, резкий скачок акций накануне громкой новости — сюжет узнаваемый.

Nokia: сменить профессию

В конце 2007 года Nokia, по собственной оценке, продавала около 40% всех мобильных телефонов мира. Потом пришли iPhone и Android. Ставки Nokia сначала на собственную систему, а затем на Windows Phone не сработали, и всего через шесть лет, в сентябре 2013 года, финны продали свой телефонный бизнес Microsoft за €5,44 млрд вместе с лицензией на патенты. У Microsoft телефоны так и не пошли, а бренд Nokia вернулся на смартфоны уже по лицензии чужой компании.

Самое интересное — что стало с самой Nokia. Она превратилась в производителя оборудования для сетей связи, а в 2025 году купила американскую компанию Infinera, которая делает оптические системы, в том числе модули для дата-центров искусственного интеллекта. Это ровно та ниша, куда новый хозяин теперь разворачивает GoPro. Разница принципиальная: Nokia сменила профессию сама, на свои миллиарды и сохранив контроль. GoPro профессию меняют за неё — сторонний покупатель — и по цене, в десятки раз ниже былой оценки.

Polaroid: бренд как вывеска

Слово Polaroid десятилетиями означало моментальную фотографию. Цифровая эпоха довела компанию до банкротства в 2001 году, а потом и до второго, в 2008-м: тогдашний владелец бренда Том Петтерс оказался под уголовным расследованием и позже был осуждён за многомиллиардное мошенничество. В том же году Polaroid прекратила выпускать собственную моментальную плёнку.

Дальше имя пошло по рукам: аукцион, инвестиционные фонды, лицензии. В 2017 году бренд купил польский инвестор Вячеслав Смолоковский — главный акционер энтузиастов, которые на старой фабрике в Нидерландах заново научились делать плёнку для «поляроидов». Бренд выжил, но компании, которая его создала, давно нет. Логотип пережил хозяев — и это, пожалуй, самый вероятный сценарий и для GoPro.

 Kodak изобрела цифровую камеру и умерла от неё. GoPro изобрела съёмку от первого лица — и отдала её смартфону.

А что с камерой в вашем рюкзаке?

Бренд никуда не исчезает. GoPro остаётся на бирже, камеры и подписка, по заявлениям сторон, сохраняются. В мае компания даже выпустила новые компактные кинокамеры MISSION 1. Вудман в октябре пообещал фанатам: «Делать потрясающие камеры — наша ДНК и смысл существования, и это никогда не изменится».

Но обещание даёт человек, который из компании уходит. Новый хозяин говорит прежде всего о дата-центрах, обороне, робототехнике и аэрокосмосе. Для миллионов владельцев камер и подписчиков облака, где хранятся их видео, честный ответ сегодня один: никто не знает, останутся ли камеры главным делом GoPro или станут красивой витриной для совсем другого бизнеса.

Вердикт

GoPro создала целый рынок, но так и не смогла удержать право зарабатывать на нём.

Nokia в своё время сама сменила профессию. GoPro профессию меняют за неё. Её финал — история не о камере. Это история о том, как в момент краха выигрывают те, кто стоит ближе всего к кассе: основатель, который дал в долг за два месяца до продажи, кредиторы, которым возвращают всё до цента, и покупатель, получающий биржевую компанию с мировым брендом за сумму, в которую когда-то оценили годовой пакет акций её основателя. Те, кто верил в бренд и покупал его акции, получат $1,14 и право наблюдать за чужой инвестиционной историей.