«Напор со всех структур»: бизнес Якушевского пожаловался на целенаправленное «выживание» из Забайкалья

Компании, связанные с бизнесменом Геннадием Якушевским, публично заявили о давлении со стороны забайкальских властей.

Речь идёт о региональном операторе «Олерон+» и дорожной компании «Забдорстрой». По словам представителей бизнеса, проблемы начались одновременно на двух направлениях, а причину они видят в фигуре конечного собственника. Заявление прозвучало в интервью блогеру Павлу Степанову, опубликованном 3 ноября. Наша редакция не раз писала о структуре собственности этих компаний и о том, как они годами работали в крае. Отзывы были не самые положительные. Но вот теперь слово взяла другая сторона. Вопрос: это действительно целенаправленное выживание или закономерная реакция на системные проблемы?

«Напор со всех структур»

Генеральный директор «Олерона» Елена Курдюмова сформулировала позицию компании прямо и кратко.

«Мне кажется, что сейчас просто со всех структур власти идет напор на организации, у которых учредитель Геннадий Александрович Якушевский», - заявила она.

Напомним, что именно Якушевский, по данным ЕГРЮЛ, является конечным контролирующим собственником «Олерона» - через прямое участие в капитале и подконтрольные структуры. Мы подробно разбирали эту историю в расследовании «Хозяин мусора». Тогда же мы отмечали: «Олерон+» получил статус регоператора в 2018 году, а сам Якушевский и связанные с ним компании постепенно сосредоточили контроль над рынком. Теперь же его бизнес говорит о давлении. Вопрос лишь в том, что стало причиной: политика или реальные претензии?

«Забдорстрой»: от контрактов к реестру недобросовестных

Директор ООО «Забдорстрой» Надежда Деревянкина рассказала, что за последние полгода у компании начали возникать претензии к организации и приёмке работ по содержанию дорог.

«При этом качество не снизилось, но это, в принципе, политика региона», - заявила она.

По словам Деревянкиной, компания держит большую часть контрактов по Забайкальскому краю. В этом году были сильные дожди и топливный кризис, однако эти обстоятельства не были признаны достаточным основанием для невыполнения контрактов. В результате «Забдорстрой» включили в реестр недобросовестных поставщиков. Теперь предприятие на два года лишено возможности участвовать в государственных закупках. Остаются аренда техники, услуги и субподряды. В сезон на предприятии работали до 700 человек. Из-за сложившейся ситуации ожидается сокращение штата.

Контекст, который нельзя игнорировать

ZAB.RU не раз писал о «Забдорстрое» в контексте структуры собственности «Олерона». Эта компания фигурировала как один из элементов конструкции, через которые Якушевский контролировал регоператора. В расследовании «Хозяин мусора» мы подробно разбирали: 51% «Олерона» принадлежит «Забдорстрою», который, в свою очередь, на 100% контролируется Якушевским. То есть обе компании, о давлении на которые сейчас говорят их руководители, являются частями одного бизнес-контура.

Отдельно напомним, что в сентябре 2026 года Арбитражный суд Забайкальского края расторг соглашение с «Олероном» и взыскал с компании 100 тысяч рублей. Судебный процесс длился с марта. На фоне мусорного коллапса в Чите - вместо 34 мусоровозов на линии осталось 12 - город ввёл режим повышенной ответственности и начал вывозить отходы своими силами. И если сложить все факты, то это вовсе было не политическое решение, а вынужденная мера в связи с мусорным коллапсом.

Что говорят власти и что будет дальше

Официальной реакции на громкое заявление представителей «Олерона» и «Забдорстроя» на момент публикации не поступало. Но она должна быть.

Бизнес Якушевского заявляет о целенаправленном давлении. Власти пока молчат. Но факты, известные из документов и судебных решений, рисуют более сложную картину. «Олерон» годами работал с нарушениями: долги перед подрядчиками, претензии прокуратуры, расторжение соглашения через суд. «Забдорстрой» не справился с контрактами, что и привело к включению в реестр недобросовестных поставщиков. Это не давление, а последствия. Но если бизнес считает иначе, то пусть докажет. И сделать это можно не в интервью блогеру, а в суде. Мы же продолжим следить за развитием конфликтной ситуации.