Никишинские распри

Ветеран ВОВ два года не может добиться сноса бетонной стены на даче

С Борисом Михайловичем Щербо мы знакомы ровно два года. В 2009-м, примерно в это же самое время, он пришёл в редакцию с кипой бумаг, карт и планов. В то время суд по его делу только начинался.

До суда

Семья Щербо перебралась к тоненькой, будто девчонка, речке Никишиха несколько десятков лет назад. Ранешнее место для дачи, у моста на Читинке, не нравилось геодезисту и топографу Борису Михайловичу, не по душе было: ни кустика, ни деревца кругом. Вот и перебрались в лес, под бок к речке, где воздух такой, что летать хочется, а летом – до грибов и ягод рукой подать. Так и жили.

Заборов, как сегодня, раньше и не думали строить. У соседки на территории участка Бориса Михайловича стоял туалет – ну не воевать же из-за земли под ним!. Никто и не вспоминал про этот клочок до тех пор, пока соседка не продала свою делянку. Новый сосед тут же привёз цемент и вымахал двухметровый бетонный забор, как раз отрезав себе «туалетную» землю. В отсутствие Бориса Михайловича было проведено новое межевание, и земля на законных основаниях перешла к соседу. Получилось нелепо – толстая стена, разделяющая участки, уткнулась в будто съёжившийся домишко пенсионеров и полностью перекрыла крайнее окно. Теперь в той комнате можно спать и днём, и ночью: сумерки круглые сутки. А за великой дачной стеной кипело строительство: из огромных, массивных брёвен новый хозяин сложил двухэтажную домину. Теперь на лафтачок земли, принадлежащий семье пенсионеров, свет попадал только по расписанию: со стольки-то до стольки-то.

- Первая комиссия, которая здесь была, признала: всё построено без нарушений. Мне пришлось самому делать разметку, фотографировать это всё, и лишь потом чиновники признали, что да, дом не должен стоять так близко к ранее построенной даче, - рассказывал два года назад Борис Михайлович.

Мало того, по правилам, единственный возможный забор на дачном участке – это сетка-рабица высотой полтора метра, но никак не глухая стена для обороны крепости.

Суд прошёл

Решением суда Дмитрия Шафирова, соседа пенсионеров, обязали бетонную стену снести. Прошло два года. Решение не исполнено до сих пор. Правда, теперь спором занимаются не юристы, а приставы.

- Сначала не могли вручить документ о принудительном сносе. Потом соседа нашли, привели и бумагу отдали под роспись. Для полного выполнения решения суда приставам нужно 286 тысяч рублей. Они всё с Москвой согласовывали, это очень долго. Я им предложил разбить исполнение на пункты и сначала снести забор. На это потребуется 28 тысяч. Приставы согласились. Теперь задача – найти тех, кто забор повалит на ту сторону, - говорит Борис Щербо, махнув рукой на соседский участок.

Первый раз приехали молодые парни в лаковых ботиночках, вздыхает пенсионер. Кувалду молодчики не захватили – так, постучали немного по стене без толку, и укатили в город. Ну ничего не умеют!

Второй раз старичок, который ростом чуть выше полутора метров, заготовил огромное бревно-таран, прикрепил к нему два железных кольца, позвал бригаду, приставов. А на следующий день, приехав на дачу, обнаружил, что ночью бревно распилили на три части. Так и стоит забор, с одного края чуть порушенный, второй год.

- Дом, понятно, слишком дорого сносить. Но убрать хотя бы забор, чтоб на грядки солнце подольше попадало, нужно. Мне бы трёх мужиков нормальных. Я бы бревно килограммов 150 взял, каким раньше крепостные стены сметали, таран бы подвесили, и делу конец, - деловито рассуждает Борис Михайлович.

Он – как та речка, что обнимает его участок. С виду маленькая, как будто слабая, Никишиха не останавливается ни на секунду, и в самую тяжёлую засуху у берегов речушки свежо и прохладно. И никакие камни поперёк течения не могут остановить прозрачную воду и заставить её журчать тише.