Нина Петрова: «Я – театрал по сути»

Как девочка из Балея петербургским продюсером стала

«Вы уж извините, что я немного взъерошена – 15 минут как из родного Балея вернулась. Не было времени марафет наводить» - улыбается Нина ПЕТРОВА, сверкая белоснежной улыбкой и миллионом блёсток на фиолетовом джемпере. Отставляя в сторону маленькую чашечку эспрессо, она рассказывает об Олеге Меньшикове, Евгении Гришковце или Максиме Аверине также запросто, как мы говорим о горячо любимых соседях по лестничной площадке.

- Нина Евгеньевна, вы родились и выросли в Балее, куда читинский-то театр заезжал крайне редко. Что же привело вас в театральные продюсеры?

- Я жила в Балее до 1982 года, когда, окончив школу, уехала в Санкт-Петербург – город, о котором грезила в старших классах. Тогда не думала, что стану продюсером, и буду организовывать гастроли и бенефисы. Просто тянулась к искусству, к прекрасному. Помню, как ребёнком ходила смотреть пьесу «Остановите Малахова» в исполнении читинских актеров, как мечтала связать свою жизнь с творчеством.

Но, приехав в Петербург, не сдала экзамены на искусствоведческий факультет Академии им. Репина, и пошла учиться в Горный институт, припоминая слова отца: «Искусство должно быть хобби, а образование – техническим». По окончанию вуза уехала по распределению в Алма-Ату, где вначале работала на кафедре легких металлов политехнического института. А уже позже мы с друзьями создали коммерческое объединение, которое занималось организацией концертов в казахской столице. В начале же 1990-х вернулась в Санкт-Петербург и стала работать в первой частной гастрольной компании «Союзтеатр».

- Вы что-нибудь знаете о читинском театре? Как вообще, на ваш взгляд, развивается театральное искусство в провинции?

- О вашем театре я сейчас ничего не знаю. Но сильные спектакли провинциальных трупп смотрю регулярно. К примеру, на фестивале «Золотая маска» ежегодно блистают актёры из Новосибирска, Воронежа, Самары… А в Петербурге часто гастролируют театры из Владивостока, Иркутска или Калининграда. Хотя, могу отметить, что отсутствие государственных дотаций и существовавшей прежде системы распределение выпускников ударили по уровню региональных театров. Ведь благодаря распределению культура равномерно развивалась по всей стране.

- Возможен ли сегодня приезд таких театров как «Ленком» или МХАТ в Читу?

- С одной стороны драматические актёры не столь капризны и циничны, как большинство «звёзд» шоу-бизнеса. Ведь сейчас, чтобы пригласить в регион эстрадного исполнителя нужно выполнить огромный райдер – список его запросов. Конечно, у известных актёров он тоже есть, но в нём клубника со сливками не прописана! С другой стороны, у театра «Ленком» есть спектакли, декорации для которых помещаются в пяти-шести многотоннажных фурах. А ещё костюмы, оборудование и т.д. Да и перевести труппу в 150 человек куда сложнее, чем одного певца.

В Петербурге мы принимаем столичные труппы, поскольку это близко и доступно, но выезд крупного театра в Читу или, скажем, в Балей без государственной поддержки невозможен. МХАТ, к примеру, регулярно выступает во Владивостоке, поскольку их гастроли поддерживает краевое правительство. Готова ли Чита принять у себя такой театр? – не знаю.

- Нина Евгеньевна, с какими театрами вы сотрудничаете, и какому отдаёте предпочтение?

- Я много лет сотрудничаю с «Современником», с МХАТом, с петербургским БДТ. Работаю с коллективом Олега Меньшикова, с театром Нации Евгения Миронова, с театром Романа Виктюка. Ну и, конечно, с Евгением Гришковцом. А предпочтение отдаю «Ленкому», потому что люблю дисциплину и порядок. К тому же это один из немногих государственных театров, который, благодаря художественному руководителю Марку Захарову, сохранил свой брэнд, уровень и традиции. Даже, несмотря на уход Абдулова, Янковского, болезнь Караченцева.

- Вам приходилось организовывать зарубежные гастроли наших театров. Как их принимает европейская публика?

- За рубежом девяносто процентов зрителей – наши эмигранты. Они в первую очередь посещают антрепризные спектакли, в которых задействованы два-три известных актёра. Хотя сейчас появились авторские театры-студии, постоянно выезжающие в Европу и обращающие на себя внимание иностранцев. Я помню, что когда Женя Гришковец показывал во французском Авиньоне спектакль «Как я съел собаку», французы были в восторге. Восемь спектаклей и восемь аншлагов! Гришковец вообще фигура на Западе известная, его книги переведены на 19 языков. Тоже с Олегом Меньшиковым, Женей Мироновым – их знает вся Европа.

- Как вы оцениваете скандал вокруг Театра на Таганке? Уход Юрия Любимова?

- Мне сложно давать оценку этой истории, поскольку Юрий Петрович – любимый мной человек. Я много с ним проработала. Считаю, что Любимов, будучи потрясающим и выдающимся человеком, теоретически не должен был руководить труппой в 93 года. Даже, несмотря на свой ясный ум. Уверена, что Валерий Золотухин – фигура временная, поскольку тоже не молод.

- Нина Евгеньевна, какими качествами должен обладать театральный продюсер?

- Я – театрал по сути. Смотрю все спектакли, стараюсь вникать в то, что происходит в мире искусства. Ведь самое сложное – понять: кто нужен людям, а кто нет? И, несмотря на то, что я в своем деле – тёртый калач, и у меня бывают проколы. Они тоже часть моей работы. Интересно, что если в Москве что-то вызвало «бум», не значит, что и в Петербурге это пройдет на ура. Публика везде разная. Очень важно следить за ситуацией и иметь чутьё. А главное качество продюсера – порядочность. Её сегодня ценят больше всего!