Мореман с "Незаможника"

Этот человек - живое воплощение тезиса "спорт - есть молодость". Энергии читинца Александра Мамедова с лихвой хватит на несколько людей, годящихся ему во внуки. Александру Михайловичу уже 81 год, а все на месте не сидится. Мастер спорта СССР по боксу, судья международной категории, он до сих пор тренирует будущих королей ринга, по праву входя в элиту забайкальского спорта. Путь в юнги В 1934 году семилетний Саша Мамедов совершает побег из Балаклавского детского дома, где в тот момент воспитывался. Из Балаклавы, небольшого портового городка в Крыму, тогда, равно как и сейчас, вела только одна дорога. В Севастополь. Ничего удивительного, что новым домом и семьей для мальчишки стал флот. Мамедова взяли юнгой на борт эскадренного миноносца Черноморского флота "Незаможник". Флотское ремесло он начал постигать с самых первых дней на корабле. Уже к 10 годам стал полноценным торпедистом. За военно-морскими премудростями не забывал и о граните науки. Юнга Мамедов вместе с собратьями с других кораблей бегал в обычную "гражданскую" школу Севастополя. Начало Великой Отечественной войны собеседник "Экстры" помнит во всех подробностях. - Ранним-ранним утром, около четырех часов, в порту, неподалеку от города, начали рваться бомбы. Потом оказалось, что это немецкие самолеты, промахнувшись мимо воды, скинули на берег морские мины, - вспоминает Александр Михайлович. Уже на следующий день, 23 июня 1941 года, Черноморский флот вышел в море. Отряд эсминцев, в состав которого входил и "Незаможник", получил задачу обстрелять румынский порт Констанца. Корабли, расстреляв боезапас и не встретив никакого сопротивления, вернулись невредимыми на базу. Относительное спокойствие на море было кратковременным. - Очень быстро на Черном море появились немецкие, румынские и итальянские катера и подлодки. Возле грузинских портов от них все просто кишело, - продолжает наш собеседник. Рейд на Констанцу В ноябре 1941 года юнга Мамедов стал свидетелем, быть может, самой страшной катастрофы советского ВМФ. Неподалеку от Севастополя немецкие субмарины потопили пароход "Армения" с беженцами из осажденного города. Там же напоролся на торпеду один из кораблей сопровождения. В воде оказалось около восьми тысяч человек. Многих потом расстреливали немцы. "Незаможник" вынужден был пройти мимо. Корабль, забитый людьми и грузами сверх всякой меры, оказать помощь не мог в принципе. Конвоям, атакам и боевым походам на войне не было числа. Только на счету торпедного аппарата, за которым стоял юный Мамедов, было 34 тысячи тонн водоизмещения потопленных судов. Вообще Александр Михайлович имел полное право не участвовать в боевых действиях. Когда началась Великая Отечественная война, всех юнг Черноморского флота вывезли в школу юнг на Соловецкие острова. - Я твердо заявил в отделе распределения сил флота, что или никуда не поеду или сразу же сбегу. И мне разрешили остаться на "Незаможнике". Случай, как потом рассказывали, едва ли не единичный, - рассказывает Мамедов. Самым ярким флотским воспоминанием для юнги Мамедова стал рейд на Констанцу в самом конце войны. Глубокой ночью "Незаможник" с выключенными огнями зашел в порт, где готовились к погрузке на транспорты крупные силы немецких и румынских войск. - Наш командир, капитан-лейтинант Бобровников, отдавал команды матросам на немецком языке. Когда с берега приняли канат, в толпу немцев полетели гранаты. Одновременно орудия и пулеметы стали бить по городу, - ведет рассказ наш собеседник. Атака была стремительной, но краткосрочной. Через семь минут, когда немцы опомнились и завели торпедные катера, советский эсминец невредимым покинул порт. Никто из моряков не получил и царапины. Потери врага составили более четырех тысяч человек. По итогам рейда весь экипаж "Незаможника" получил ордена Отечественной войны 1 степени. Командир корабля стал Героем Советского Союза. Бобровников до сих пор жив. Легендарный офицер живет в одной из крымских деревушек. Служба на Аляске В 1945-м, когда ему исполнилось 18 лет, Александр Мамедов был призван на действительную военную службу. Номинальным переходом из юнг в краснофлотцы дело не ограничилось. В составе спецкоманды по перегонке кораблей из США в Советский Союз парень попадает на Тихий океан. Несколько месяцев группа советских моряков фактически служила на территории чужого государства. - Мы попали в бухту Лука на Аляске. Сначала принимали боевые корабли у американцев. Потом вместе с ними "обкатывали" их в море. Летом 45-го начали перегонять суда во Владивосток, - продолжает воспоминания Александр Михайлович. Жизнь в Америке, даже в таком медвежьем углу, как Аляска, молодым советским матросам, была в страшную диковинку. - Организация службы у них не такая, как у нас. Если прозвенит тревога и матрос пьет кофе, то он никуда не побежит, пока его не допьет. Еще поразило, что большая часть моряков, с которыми мы контактировали, почему-то были неграми, - описывает заграничную службу собеседник "Экстры". Морскую бескозырку Александр Михайлович носил до 1951 года на одном из фрегатов Тихоокеанского флота, стоящем во Владивостоке, когда старшина 2-й статьи Мамедов был демобилизован. Служба на флоте, продолжавшаяся 17 лет, закончилась. Второй стихией, в которую с головой ушел Александр Мамедов, стал бокс. Тренироваться он стал сразу после войны с одним из сослуживцев. Потом были две победы на чемпионате Вооруженных сил по боксу. С 1951 года Александр Мамедов живет и работает в Чите. Спортивная карьера шла в гору. С 1980 года ветеран занимается тренерской работой. А морская форма Александра Мамедова спокойно висит в шкафу, дожидаясь очередного Дня Победы…