Министерство замкнуло схему

Каждый раз, когда в этой истории появлялся новый документ, он не опровергал предыдущую картину — он её достраивал. Сначала выяснилось, что концессионер строил без положительного заключения экспертизы. Потом — что экспертиза была отрицательной. Потом — что государственно-аффилированная структура купила долю в концессионной компании, а цену сделки спрятала. Потом — что при продаже доли участвовал Тютюник, при выкупе — Тутов. А теперь пришёл ещё один документ, и он закрывает последний открытый вопрос: где начинается эта цепочка. Она начинается в Министерстве физической культуры и спорта Забайкальского края.

Часть 1. Государство само подтвердило: нарушение было

7 мая 2026 года Забайкальское УФАС России ответило на наш запрос цитатой, каждое слово которой — официальная позиция федерального антимонопольного органа, зафиксированная на бумаге с подписью руководителя управления:

«Управлением в действиях Министерства физической культуры и спорта Забайкальского края установлены нарушения, заключающиеся в заключении с ООО “Олимп-Спорт” концессионного соглашения от 10.04.2024 при отсутствии у последнего документов, подтверждающих обеспечение исполнения концессионером обязательств».

Это не журналистская интерпретация. Это вывод государственного органа по результатам проверки материалов, поступивших из прокуратуры Забайкальского края. Министерство спорта заключило концессионное соглашение с нарушением закона.

Часть 2. Чего именно не было у «Олимп-Спорта»

УФАС перечислило конкретно. На 10 апреля 2024 года, когда соглашение было подписано, у ООО «Олимп-Спорт» отсутствовали:

• безотзывная банковская гарантия;

• залог прав по договору банковского вклада (депозита);

• договор страхования риска ответственности концессионера.

Это не технические детали. Федеральный закон № 115-ФЗ «О концессионных соглашениях» прямо относит эти три способа обеспечения к существенным условиям концессионного соглашения. Без них соглашение — просто бумага, выданная компании, которую никто не проверил. И именно такую бумагу Министерство спорта выдало ООО «Олимп-Спорт» 10 апреля 2024 года.

Часть 3. Полгода без обеспечения. Дважды просили подождать

УФАС выдало предупреждение — мягкий инструмент реагирования, письмо с требованием исправиться. Срок — до 1 августа 2024 года.

Министерство не исполнило в срок. Оно обратилось с ходатайством о продлении, объясняя: ООО «Олимп-Спорт» согласовывает договор страхования с андеррайтером банка. Срок продлён до 30 октября 2024 года.

Министерство снова не исполнило в срок. Повторное ходатайство и снова «Олимп-Спорт» всё ещё согласовывает страховку.

Договор страхования был подписан только 26 сентября 2024 года — спустя почти полгода после того, как концессионное соглашение уже работало.

Компания получила концессию на объект стоимостью свыше полутора миллиардов рублей и при этом не могла в течение шести месяцев найти страховщика, готового с ней работать. Это не техническая задержка, а рыночный сигнал: страховщики оценивали риски и не спешили брать на себя ответственность. Министерство это видело. УФАС это видело. Прокуратура это видела. И никто не остановил стройку.

Часть 4. «Исполнено» — не значит «ущерба не было»

30 октября 2024 года Министерство отчиталось об исполнении предупреждения. УФАС сообщило прокуратуре, что нарушение устранено, и отказало в возбуждении дела.

Формально — вопрос закрыт. Но «исполнено» — это не «всё нормально». Это не «ущерба не было». Это не «концессия была законной с самого начала». Это означает лишь одно: спустя полгода компания наконец предоставила документ, который должна была предоставить до подписания соглашения.

Полгода концессия на миллиардный объект существовала без единого финансового инструмента защиты публичного интереса. А в декабре 2024 года Корпорация развития Забайкальского края купила долю в этой же компании. Цена сделки скрыта до сих пор.

Часть 5. Признаки ограничения конкуренции. Это не оговорка

УФАС прямо указало: действия Министерства содержали признаки нарушения части 1 статьи 15 Федерального закона № 135-ФЗ «О защите конкуренции» — запрета органам власти принимать акты и совершать действия, которые ограничивают конкуренцию.

Если бы «Олимп-Спорт» не получил концессию в обход обязательных требований, возможно, концессию получила бы другая компания — та, у которой были бы банковская гарантия, договор страхования и реальный финансовый вес. Этого не произошло.

Часть 6. Министерство замкнуло схему

До ответа УФАС можно было гадать: кто запустил цепочку? Кто принял первое решение, которое сделало возможным всё остальное? Теперь ответ документально зафиксирован.

Цепочка начинается с Министерства физической культуры и спорта Забайкальского края, которое 10 апреля 2024 года подписало концессионное соглашение в нарушение закона. Это решение сделало возможным всё остальное. Без концессии не было бы стройки без экспертизы. Без стройки не было бы покупки доли. Без покупки доли не было бы сделки Тютюника и Тутова. Без этой сделки не было бы скрытой цены. Без скрытой цены не было бы «Алюкома» рядом с проектом.

Министерство — первый этаж здания, которое мы описали в предыдущих материалах. И теперь этот первый этаж задокументирован федеральным антимонопольным органом.

Часть 7. Кто должен объяснить

Вопросы к Министерству физической культуры и спорта Забайкальского края теперь конкретны. Кто в Министерстве принял решение заключить концессионное соглашение с «Олимп-Спортом» при отсутствии обязательных документов обеспечения? Кто подписал соглашение 10 апреля 2024 года? Кто проверял финансовую состоятельность концессионера до подписания? Кто дважды ходатайствовал о продлении срока предупреждения УФАС вместо того, чтобы приостановить действие соглашения? Знало ли Министерство о предстоящей сделке по покупке доли Корпорацией развития до декабря 2024 года? Кто отвечает за то, что объект строился без положительного заключения экспертизы? Это вопросы для прокуратуры и Следственного комитета.

Часть 8. За дело должны браться следователи

УФАС сделало своё: зафиксировало нарушение, выдало предупреждение, отчиталось прокуратуре. Но УФАС не устанавливает умысел. УФАС не проверяет, за сколько была куплена доля и соответствовала ли эта сумма реальной стоимости активов. УФАС не проверяет, не превратилась ли концессия в товар.

Теперь документально установлено: концессия выдана с нарушением закона, строительство шло без положительного заключения экспертизы, государственно-аффилированная структура купила концессионера (цена сделки скрыта), строительный контур, связанный с фамилией продавца, остался рядом с объектом. На каждом из этих этапов стояли конкретные люди с конкретными подписями.

Теперь слово за теми, у кого есть полномочия не просто фиксировать нарушения, а устанавливать, кто и зачем их совершил. Материалы для начала работы уже есть. Жители Читы ждут ответа от прокуратуры, Следственного комитета и судебной системы.