Председатель заксобрания Санкт-Петербурга Александр Бельский заявил о возможном дальнейшем ужесточении требований к пользователям электросамокатов — на фоне участившихся ДТП с кикшеринговым транспортом, включая аварии со смертельным исходом. По его словам, полностью запрещать самокаты в городе пока не планируют, но готовы усилить уже действующие ограничения, если ситуация на дорогах не изменится.
Забайкальскому краю и, в частности, Чите эта петербургская дискуссия знакома не понаслышке: регион уже прошёл практически идентичный путь ужесточения правил ещё в мае 2026 года, а краевая Госавтоинспекция держит наготове куда более радикальную угрозу — полный запрет средств индивидуальной мобильности в краевой столице, если аварийность продолжит расти.
Что происходит в Петербурге
По словам Бельского, кикшеринговые компании ранее обещали решить проблему с тем, что на одном самокате нередко ездят по двое-трое человек — вопиющее и опасное нарушение, прямо противоречащее правилам эксплуатации подобного транспорта. Но, по признанию спикера заксобрания, «воз и ныне там»: проблема сохраняется, а значит, городские власти совместно с комитетом по транспорту намерены переходить к более жёстким мерам регулирования.
Поводом для нового витка обсуждения послужила очередная трагедия: 11 августа в Мурино произошло столкновение с участием электросамоката, в результате которого погиб мужчина, а женщина оказалась в крайне тяжёлом состоянии. На месте происшествия работали сотрудники Госавтоинспекции и полиции, движение на участке было временно ограничено.
Забайкалье уже прошло этот путь весной 2026 года
Пока Петербург только формулирует намерение об ужесточении, в Чите соответствующие меры действуют уже несколько месяцев.
С 21 мая 2026 года в краевой столице вступили в силу новые, заметно более жёсткие правила передвижения на электросамокатах и других средствах индивидуальной мобильности. Изменения затронули сразу несколько ключевых параметров городской инфраструктуры для самокатов: количество разрешённых парковочных мест сократили в 2,5 раза — с 321 до 133, а сама парковка стала платной для кикшеринговых компаний. Одновременно число зон, где пользоваться самокатами запрещено полностью, выросло почти вдвое — с 10 до 19 участков города.
Дополнительно установлено ограничение скорости движения вблизи образовательных организаций — не более 10 км/ч, что прямо перекликается с той же логикой защиты наиболее уязвимых участников дорожного движения, о которой сейчас говорят и петербургские власти.
Позиция краевого ГИБДД: угроза полного запрета уже прозвучала
Наиболее показательное отличие забайкальской ситуации от петербургской — то, насколько далеко зашла публичная дискуссия о крайних мерах регулирования. Начальник управления Госавтоинспекции по Забайкальскому краю Илья Уланов ещё в мае 2026 года на профильном круглом столе обозначил позицию ведомства предельно чётко: если аварийность с участием электросамокатов в регионе продолжит расти, ГИБДД обратится в Законодательное собрание Забайкальского края с прямым предложением о полном запрете средств индивидуальной мобильности в Чите.
При этом сам Уланов подчёркивал, что не является принципиальным противником электросамокатов как таковых — он признавал их положительное влияние на экологию и способность разгружать городские дороги, но констатировал: город на данный момент не может обеспечить безопасность их использования в текущем формате. Тем не менее сам представитель ГИБДД тогда же оценил ситуацию как в целом «управляемую», то есть речь пока идёт не о неизбежном запрете, а именно об обозначенном условии, при котором ведомство перейдёт к более жёсткому требованию.
То есть если петербургские власти пока говорят об ужесточении отдельных требований как о возможной, но не гарантированной мере, забайкальская Госавтоинспекция уже публично сформулировала конкретный, предметный триггер для куда более радикального шага — полного запрета в краевой столице.
Масштаб проблемы: рост аварийности в разы за несколько лет
Статистика, стоящая за этими решениями, показывает, что тревога региональных властей вполне обоснована объективными цифрами. По данным аналитического обзора, ещё в 2019 году в России в целом было зафиксировано лишь 142 ДТП с участием электросамокатов, но уже к 2023 году этот показатель вырос более чем в 22 раза — до свыше 3100 случаев.
В 2024 году аварийность выросла ещё на 42,8%, достигнув 4426 случаев, в которых погибли 54 человека, включая шестерых детей. В 2025 году статистика несколько улучшилась — 3200 ДТП и 68 погибших, но уже в первом квартале 2026 года по стране произошло 145 подобных аварий — то есть фактически по три-четыре ДТП с участием СИМ ежедневно, причём это ещё до начала основного летнего сезона активного использования самокатов.
На региональном уровне Забайкалье фиксирует собственную, менее катастрофичную, но всё же заметную динамику: в 2025 году в крае зарегистрировано 13 аварий с участием электросамокатов, а по состоянию на начало мая 2026 года с травмами, связанными с использованием самоката, в больницу уже успел обратиться один ребёнок — притом что основной, наиболее активный сезон использования электросамокатов в регионе к тому моменту ещё даже не начался.
Общая логика: муниципалитеты сами решают степень жёсткости
Важный нюанс, объединяющий обе истории — петербургскую и забайкальскую, — заключается в самой правовой конструкции регулирования подобного транспорта в стране. Действующее федеральное законодательство прямо не запрещает электросамокаты как таковые, но предоставляет каждому муниципалитету право самостоятельно определять степень жёсткости ограничений — где именно, как и в какой мере регулировать использование средств индивидуальной мобильности на своей территории.
Именно этим объясняется, почему разные российские города — от Санкт-Петербурга до Читы — движутся по собственным, не синхронизированным между собой траекториям ужесточения, реагируя на локальную статистику аварийности и общественный резонанс вокруг конкретных резонансных происшествий, а не на единую федеральную норму.
Забайкалье пытается решить проблему федерального масштаба
Показательна и оценка, данная региональными аналитиками уже после введения майских ограничений: попытки Читы навести порядок с электросамокатами описываются как решение той же проблемы, с которой в общероссийском масштабе не справилась даже Москва — крупнейший и наиболее ресурсно обеспеченный город страны.
Дополнительная специфика забайкальского климата, впрочем, добавляет региону особую остроту: сезон использования электросамокатов здесь заметно короче, чем на юге страны, из-за долгой суровой зимы, — а значит, вся аварийность концентрируется в куда более сжатый период, примерно с мая по сентябрь, когда снег сходит и самокаты одновременно, массово выезжают на улицы города.
Что в итоге
Сопоставление петербургской и забайкальской ситуаций показывает: проблема безопасности использования электросамокатов давно перестала быть локальной особенностью отдельных мегаполисов и превратилась в общенациональную тенденцию, требующую от региональных властей по всей стране постоянной, реактивной донастройки правил.
Забайкалье, столкнувшись с ростом числа происшествий, уже прошло тот этап дискуссии, на котором сейчас находится Петербург, — и пошло дальше, введя конкретные, измеримые ограничения: сокращение числа парковок, расширение зон полного запрета, ограничение скорости у школ.
Но даже это не гарантирует, что ситуация в регионе окончательно стабилизировалась: сам факт того, что краевая Госавтоинспекция держит в резерве угрозу полного запрета средств индивидуальной мобильности в Чите — пусть пока и характеризуя текущую ситуацию как «управляемую», — свидетельствует, что введённые весной ограничения региональные силовики считают не окончательным решением, а лишь промежуточной мерой, эффективность которой ещё предстоит оценить по итогам всего летнего сезона 2026 года.
Если аварийность в Забайкалье не пойдёт на спад, край вполне может стать одним из первых крупных регионов страны, где кикшеринг окажется под полным запретом в столице субъекта, — сценарий, о возможности которого в Петербурге пока говорят лишь как об одном из вариантов.
